Сила в правде: суперагент Эймс

Сегодня, когда говорят о спецслужбах и их передовых отрядах,  об аппарате помощников, часто пытаются представить их как людей, «попавших» в сети и завербованных с помощью денег, девочек и компромата. Да, в работе спецслужб встречается и такое. Однако это касается вербовки врагов.

В  основе наши помощники работали из убеждений, считая нашу сторону более правильной в борьбе со злом, часто коварным и изощренным. Эти убеждения были и остаются главными. Часто и зарубежные агенты желали противодействовать силам, толкающим человечество в хаос и войну, нищету и бесправие.  

Длительное время эти мотивы пытались скомпрометировать, поставить вперед меркантильные интересы. На этом воспитывались потребители, которыми двигают идеи потребления благ. Ими легче управлять и легче объяснить, что все покупается и продается, даже своя Родина.

Олдрич Эймс. Фото: MARK WILSON /АР

Олдрич Эймс. Фото: MARK WILSON /АР

До того, как победителем стала Америка, наша страна,  СССР, была главным союзником тех, кто за ширмой американских лозунгов видел реальные интересы крупнейших банковских корпораций и их владельцев, готовых во имя прибылей на войну и хаос. Борьба за правду двигала нашими агентами, в  том числе из тех, кто был наиболее близок к механизмам тайной власти и обладал серьезной информацией.

Сейчас этих людей пытаются скомпрометировать, показать, что они лишь «продались» Советам. Например именно так рисуют мотивы, двигавшие Олдричем Хейзеном Эймсом — бывшим начальником контрразведывательного подразделения ЦРУ, начальником советского отдела управления внешней контрразведки ЦРУ, на протяжении девяти лет являвшийся советским агентом. Это пытается доказать американский журналист Пит Эрли в своей книге «Признания шпиона. Подлинная история Олдрича Эймса».

Однако его опровергают люди, лично знавшие этого человека. В связи с этим хочется сослаться на  человека интереснейшей судьбы, с которым регулярно общался Эймс.

Это Сергей Иванович Дивильковский, который находился в Нью Йорке в  должности советника Постоянного представительства СССР при ООН, выполняя одновременно функции представителя Отдела международной информации ЦК КПСС.

Он разбивает навешанные на Эймса ярлыки, утверждая что хотя у него и были денежные проблемы, однако главным мотивом сотрудничества с КГБ были его убеждения, несогласие с агрессивной политикой Рейгана,  этические категории.

В ту пору немалое число политиков, представителей общественности и простых граждан в странах Запада беспокоила и пугала нависшая над миром угроза ядерного конфликта из-за советско-американской конфронтации. Политический мир и общественность были расколоты на сторонников жесткой политики администрации США, откровенно толкавшей к обострению этой конфронтации ради того, чтобы «похоронить империю зла», и ее противников — тех, кто выступал, так или иначе, за поиск компромисса между Вашингтоном и Москвой.

Естественно, в число вторых попадали в основном люди, не поддавшиеся антикоммунистической и антисоветской пропаганде, которая велась на Западе десятилетиями. В Америке таких людей было не много, но они были. Их было совсем немного, но они все же были и в разведывательном сообществе США, в т.ч. в ЦРУ. Люди, обладавшие достаточной широтой и непредвзятостью взглядов, независимостью в суждениях и поступках. Именно таким был Эймс, которого отличали, к тому же, недюжинный интеллект, высокая культура и глубокое, профессиональное знание как американской, так и советской действительности

— рассказывает в своих воспоминаниях С.И.Дивильковский

Эймс познакомился с Дивильковским по инициативе  Родни Карлсона, начальника Эймса, высокопоставленного офицера ЦРУ, с которым был знаком Дивильковский, видимо с целью «последующей вербовки высокоинформированного представителя Советов». Об этом пишет и Пит Эрли в упоминавшейся книге и  Питер Маас в книге «Шпион-убийца». Различаются их версии только в том, кто был инициатором вывода Эймса на ценного русского источника — ЦРУ или ФБР.

Однако в ходе их встреч Сергей Дивильковский убедился, что Эймс  с симпатией относится к позиции СССР, настроен против гонки вооружений, которую в тот период подстегивали США. Вот как об этом рассказал Сергей Иванович Дивильковский в интервью»ВЫСОКОНРАВСТВЕННЫЙ АГЕНТ — ОЛДРИЧ ЭЙМС» (Независимое военное обозрение, Москва, 12.01.2001.):

С.И. Дивильковский

С.И. Дивильковский

— Если говорить о мотивах, побудивших Эймса вступить в тайное сотрудничество с советской разведкой, что, на ваш взгляд, было главным?

— Кажется, у нас в России «ходовой» версией, можно сказать, клише на уровне массового сознания, стало мнение, что Олдрич Эймс «продал имевшийся у него товар», просто позарившись на деньги. Попробую пойти против устоявшегося предрассудка.

Эймс, если верить Питу Эрли, заявлял последнему, что он против упрощений в объяснении того, почему он «пошеСегодня, когда Россия встает с колен, когда наша страна, обладающая самыми несметными богатствами на земле, а значит мощнейшим потенциалом, пытается противиться навязываемой из центра политикел на измену». Там, говорил он, был целый клубок причин и обстоятельств, ни одно из которых не следует отделять от других.

Первым на поверхности лежит и вправду тот очевидный факт, что Рик в какой-то момент испытал острую нужду в довольно значительной сумме денег и, поняв, что может ее получить, выдав русским известные ему секреты ЦРУ, отправился в советское посольство. Однако далее в его беседах с Эрли следует долгая цепь размышлений вслух на тему: почему он сделал это достаточно легко, не испытав угрызений совести, не преодолевая никаких внутренних, психологических барьеров? Почему оказался «морально готов к измене»? И, я бы еще добавил, почему в самом конце своей эпопеи, отвечая на вопрос допрашивавшего его фэбээровца, что бы он выбрал — ЦРУ или КГБ, если бы ему пришлось начать все сначала, Эймс, не задумываясь, сказал: «КГБ»?! (Это цитата из книги Питера Мааса «Шпион-убийца»).

Олдрич Эймс и его жена Росарио. Фото из архива Дивильковского

После своего ареста Эймс неоднократно, например, в интервью корреспонденту газеты «Вашингтон пост» 4 мая 1994 года, выделял все же мысль, что «на сотрудничество с Советами он оказался готов в силу сложившихся у него убеждений».

Наверное, и впрямь главным «бродилом», «закваской» его поступка стали все же не размышления о деньгах и не желание показать свою «особость», а мысли и чувства, связанные с «большой политикой». Помните его слова на суде: «для меня стал невыносимым вираж вправо, взятый властями нашей страны в 80-е годы»? Я мог бы сослаться и на целый ряд других опубликованных высказываний Рика, на основании которых можно утверждать, что в политике он стал самым настоящим диссидентом: человеком, весьма критически относившимся к действиям собственного правительства и ко многим другим реалиям того общества, в котором жил.

По свидетельству Пита Эрли, еще в 1983 году один из сослуживцев после резких высказываний Эймса в адрес своего ведомства и начальства пришел к выводу: «Циничное отношение Рика к ЦРУ уже переросло в откровенную ненависть не просто к людям, на которых ему приходилось работать, но к самому этому учреждению и ко всему, что с ним было связано».

Видите, как «круто» сказано: ненависть ко всему, что связано с ЦРУ… Согласитесь, это трамплин для далекого прыжка в направлении сотрудничества с Советским Союзом. Он его и совершил.

При убытии Дивильковского в Союз на прощание Эймс прислал ему книгу «Смертельные гамбиты. Администрация Рейгана и тупик в контроле над ядерными вооружениями» Тэлбота с подписью: «Сергей! Вот хороший, хотя и безрадостный отчет об итогах последних нескольких лет. Нам нужен подлинный синтез»

— Если чрезмерное корыстолюбие приписывается Эймсу несправедливо, отчего же его гонорары от получателей информации с Лубянки оказались столь баснословно велики? Ведь ему заплатили, если верить сообщениям из различных источников, свыше 1,5 миллиона долларов…

— Ну, во-первых, термин «баснословно» здесь, видимо, не вполне подходит. Из той же книги Эрли известно, например, что московский инженер Адольф Толкачев, передававший ЦРУ секретную информацию о советской военной промышленности, получил от своих американских «заказчиков» еще больше — два миллиона «зеленых». Разведки обеих стран играли, как видим, «по-крупному». Призы-то какие! Толкачев сэкономил американскому военно-промышленному комплексу миллиарды долларов, а Эймс в принципе на протяжении почти десятилетия превращал в пыль все хитроумные операции ЦРУ против СССР и Российской Федерации.

Во-вторых, насколько я понимаю, сам Олдрич Эймс потребовал от Лубянки 50 тысяч долларов, и не более. Все остальное — «инициатива другой стороны». Во всяком случае, из того, что мне довелось читать, получается, что Рик как бы благоденствовал под «золотым дождем», о котором не просил, но которому, конечно, радовался и немножко удивлялся его обильности. Так что никакого корыстолюбия Эймс не проявил. Другое дело, что, не будучи ни сребролюбцем, ни, тем более, скупердяем, он любил «пожить красиво», коли случай представился, а паче того наслаждался возможностью устроить «красивую жизнь» женщине, которую любил, — своей второй жене Марии дель Росарио.

Аналитическая схема ФБР изучения Эймса

Аналитическая схема ФБР изучения Эймса

— Эймс производил на вас впечатление человека, разочаровавшегося в жизни? Эрли, например, свое повествование о нем нашпиговал частыми подробностями о количестве выпиваемого за день виски и прочих горячительных напитков.

— Эрли, в данном случае, рисует скорее не портрет, а карикатуру. Может быть, и даже наверное, Рик временами старался «топить в вине» грустные мысли, но он ничем не напоминал разочаровавшегося в жизни забулдыгу-алкоголика.

«Мой» Эймс, каким я его видел и запомнил, — напротив, личность сильная, настоящий «матерый разведчик» (который при случае и выпить мог, но головы не терял) и в то же время — интеллектуал, умница и эрудит. Высокого полета птица! Думаю, ему (как, впрочем, и «Алексу») и впрямь тесно и душно было в рейгановской Америке и в ее ЦРУ, потому что, если говорить всерьез, вся эта сверкающая махина — современная Америка — крутится-то в основном вокруг таких жалких «ценностей» и олицетворяющих их фигур, как деньги и тот, кто лучше всех умеет их «делать».

— Как вы считаете, то, что начав работать на советскую разведку, Эймс «сдал» около двух десятков высокопоставленных предателей в СССР из различных сфер, включая КГБ, ГРУ ГШ и МИД, в самом деле нанесло ущерб российско-американским отношениям, или поднятая вокруг разоблачения Рика шумиха в США, подхваченная многими отечественными СМИ, была сплошным лицемерием? Как вы оцениваете содеянное им с точки зрения морали?

— В реакции США, последовавшей за арестом Эймса в 1994 году, я на первое место поставил бы раздражение от уязвленного самолюбия. Непривычная для творцов «нового мирового порядка» ситуация: не они купили, а у них «увели» крупного разведчика!

Записка Эймса. Использовалась как доказательство ФБР

Записка Эймса. Использовалась как доказательство ФБР

Хотя выигрыш для российской разведки от перехода на нашу сторону Эймса был, несомненно, велик, реальный ущерб для интересов Соединенных Шатов (имея в виду нормальные государственные интересы, а не пиратские намерения) был минимален: Рик ведь, за небольшим исключением, передавал сюда лишь ту информацию, которая касалась собственных проделок ЦРУ против СССР и РФ. Поэтому говорить о реальном ущербе для российско-американских отношений неправомерно.

Следует также иметь в виду и следующее: Эймс объективно мог способствовать срыву крупнейшего стратегического замысла Вашингтона по уничтожению «империи зла», как они именовали Советский Союз. «Колокол» (избранный Эймсом оперативный псевдоним для связи с советской разведкой) ведь не только «рядовых» шпионов ЦРУ в наших рядах раскрывал; он и о так называемых «агентах влияния» и просто агентах вражеской разведки, имевшихся в высоких сферах советского руководства, на Лубянку сообщал. Там от Рика узнавали и о крупных суммах, которые США выплачивали в виде разного рода гонораров и премий за особое рвение нашим горе-«реформаторам».

Арест Олдрича Эймса агентами ФБР 21 февраля 1994 г. Фото из архива С. Дивильковского

Однако, к моменту раскрытия «крота» в ЦРУ американское руководство прекрасно знало, что в России «процесс пошел» и зашел уже достаточно, с их точки зрения, далеко, и никакие донесения Эймса тут уже ничего не могли изменить. Горбачев, например, «клал под сукно» информацию руководства КГБ, предупреждавшего о предателях, внедрившихся в советские «верхи». Так что даже и с точки зрения срыва того, что я назвал их «пиратскими намерениями», особых причин волноваться и сердиться из-за поступка Эймса у американских властей не было.

Что касается оценки поступка Олдрича Эймса с моральной стороны, то моя точка зрения, наверное, вам уже ясна из сказанного выше. Рик и объективно, и субъективно (осознанно) встал на защиту ценностей, которые я считаю высоко моральными (таких, как отрицание всемогущества денег и неприятие деления мира на имущих и неимущих), и его поступок высоконравственен.

Полностью интервью читайте на личной странице воспоминаний С. Диликовского

В глобальном противостоянии СССР и США и та и другая страна в качестве знамени поднимала свои ценности и нельзя сказать, что ценности победителя оказались менее привлекательными для больших масс людей, чем ценности социализма. Однако после того, как победителем осталась Америка американские лозунги свободы и демократии оказались более не нужны.  Сила, расчет и жажда прибыли продолжают двигать войска США по планете, манипулировать их сподвижниками в правительствах сателлитов. А ведь страна не изменилась.  Просто раньше наличие на земном шаре альтернативного пути развития вынуждало использовать ширмы, для скрытия тайных механизмов власти, которые становятся все менее эффективными. Вместо них теперь каждому предлагаются новые ценности — «триД очки», через которые как в «Волшебнике изумрудного города», каждый сможет видеть искаженный мир, окрашенный в  главный цвет — долларовый.

Погружению человечества в неуправляемый хаос пытался противостоять Эймс.

С. Дивильковский в своих воспоминаниях пишет об Эймсе следующее:

 

Эймс объективно мог способствовать срыву крупнейшего стратегического замысла Вашингтона по уничтожению «империи зла», как они именовали Советский Союз. «Колокол» (избранный Эймсом оперативный псевдоним для связи с советской разведкой) ведь не только «рядовых» шпионов ЦРУ в наших рядах раскрывал; он и о так называемых «агентах влияния» и просто агентах вражеской разведки, имевшихся в высоких сферах советского руководства, на Лубянку сообщал. Там от Рика узнавали и о крупных суммах, которые США выплачивали в виде разного рода гонораров и премий за особое рвение нашим горе-«реформаторам».

Однако к моменту раскрытия «крота» в ЦРУ американское руководство прекрасно знало, что в России «процесс пошел» и зашел уже достаточно, с их точки зрения, далеко, и никакие донесения Эймса тут уже ничего не могли изменить. М.С. Горбачев, например, «клал под сукно» донесения руководства КГБ, предупреждавшего о предателях, внедрившихся в советские «верхи». Так что, даже и с точки зрения срыва того, что я назвал их «пиратскими намерениями», особых причин волноваться и сердиться из-за Эймса у американских властей не было.

Что касается оценки поступка Олдрича Эймса с моральной стороны, то моя точка зрения, наверное, вам уже ясна из сказанного выше. Рик и объективно, и субъективно (осознанно) встал на защиту ценностей, которые я считаю высоко моральными (таких, как отрицание всемогущества денег и неприятие деления мира на имущих и неимущих), и его поступок высоконравственен.
Источник: Воспоминания Сергея Ивановича Дивильковского

Все больше людей понимают ложность приоритета денег и потребления, силы и тотального контроля.  Все больше людей видят, что хаос, разруха, война — это оружие тех, кто делает на них большие деньги не считаясь с интересами народов и наций. Начинают понимать, что за этим стоят не интересы наций и даже национальных правительств. За этим стоят интересы больших денег.

Так появились разоблачения Э. Сноудена, который не знал на кого опереться в противодействии этому злу и обратился к обществу. Чем больше будет подниматься с колен Россия, тем все больше людей будут объединяться, в том числе в противодействии тайной войне, которая объявлена здоровой части человечества.

iag