Операция “Возвращение”

“Никто не забыт и ничто не забыто…”
Ольга Берггольц.

Осенью 1943 года штаб Ленинградского военного округа приступил к детальной разработке плана решающей наступательной операции под кодовым наименованием “Нева-2” по разгрому вражеской группировки, блокировавшей Ленинград с юга.

Замысел командования, все его мероприятия необходимо было во что бы то ни стало, скрыть от противника. Надо было отвлечь врага операциями местного характера, спутать его карты и тем самым обеспечить внезапность наступления. Военные контрразведчики Ленинградского фронта, во главе с начальником генералом Александром Семёновичем Быстровым понимали сложность и ответственность оперативной задачи.
Быстров А. С. подчеркивал: “Ни один шпион не должен проникнуть в Ленинград. Если мы прозеваем и гитлеровцам удастся заслать своих агентов к нам в тыл, если они проберутся в штабы воинских соединений, в военные учреждения и выведают, что у нас делается, ленинградцы нам этого не простят”.
Ораниенбаумский плацдарм, образовавшийся в ходе ожесточенного боя в сентябре 1941 года, играл важную роль в системе обороны Ленинградского фронта. Нависая над левым флангом 18-й немецкой армии, блокировавшей Ленинград с юга, он прикрывал сухопутные подступы к Кронштадту, и оттягивал на себя значительные силы врага, сковывая его инициативу. Приморская оперативная группа (ПОГ) в 1943 году включала в себя три стрелковые дивизии, три отдельные морские стрелковые бригады, артиллерию фортов и кораблей Кронштадтской военно-морской базы. Военной контрразведкой ПОГ руководил полковник Дмитрий Георгиевич Гончаров.
Характерной особенностью оперативной обстановки являлась активность абвера, связанная с заброской своих агентов в расположение войск ПОГ. Так, 28 июля 1943 года пост боевого охранения 50-й отдельной морской бригады задержал неизвестного, которого доставили в Отдел контрразведки ПОГ. Неизвестный, в прошлом краснофлотец, в сентябре 1941 года во время ожесточенных боёв под Петергофом, попал в плен. Дал согласие вербовщику абвера на выполнение заданий фашистской разведки. Окончил разведывательную школу “Марс” в Валге, после чего находился в распоряжении этого шпионского центра. В июле 1943 через нейтральную полосу пытался проникнуть на Ораниенбаумский плацдарм.
Имел задание: установить войсковые соединения, прибывшие на плацдарм за текущее время, места их сосредоточения. Собрать сведения о состоянии шоссейных и железных дорог на плацдарме, о перевозках по ним войск и воинских грузов.
Из содержания задания контрразведчики пришли к выводу, что после разгрома гитлеровцев под Ораниенбаумом и прорыва вражеской блокады Ленинграда, командование группы армий “Север” считает возможным осуществления наступательной операции войск Ленфронта в целях полного снятия блокады. Более того, гитлеровские генералы полагали, что немалую роль в этой операции будет играть Ораниенбаумский плацдарм и, безусловно они будут добиваться от приданных им органов абвера, и в первую очередь от абверкоманды-104 проверенных данных о мероприятиях нашего командования по подготовке возможного наступления. Естественно, что военные контрразведчики ожидали от противника усиления шпионской деятельности на территории плацдарма. Ждать новых лазутчиков пришлось недолго.
6 августа 1943 года подполковнику Василию Андреевичу Бойкиня, заместителю начальника контрразведки ПОГ было доложено о задержании неизвестного в форме капитана Красной Армии. При задержании он просил доставить его в Особый отдел. На допросе задержанный рассказал, что он старший лейтенант, пограничник, Каращенко Мокий Демьянович. Фамилия Давыдов – фиктивная, документы выданы в абвергруппе-112. Являюсь агентом абвера. Добровольно явился с повинной. Заданием Давыдова-Каращенко являлся сбор информации о прибытии новых войсковых соединений, их номера, где и когда они комплектовались, фамилии командиров и места сосредоточения.
7 августа по распоряжению генерала А. С. Быстрова, Каращенко был отправлен на катере из Ораниенбаума в Ленинград.Как и ожидали контрразведчики, руководители абверовских органов, действовавших против Приморского участка Ленинградского фронта, – начальник абверкоманды – 104, подполковник Шиммель, и начальник “Абвернебельштелле” фрахт-капитан Целлариус развернули активную шпионскую деятельность. Только в августе-декабре 1943 года они направили на Приморский плацдарм более двадцати агентов – в их числе был даже преподаватель одной из школ абвера. Однако в развернувшийся поединок между органами абвера и чекистами Ленфронта и Балтийского флота завершился поражением фашистской разведки.

В ходе поединка контрразведчики Ленинградского фронта осуществили чекистскую операцию “Возвращение” по дезинформации противника. Идея операции была заложена в плане командования фронта (Л. А. Говоров), по разгрому фашистских войск под Ленинградом. Ставилась задача убедить группу командования армий “Север” в том, что Советские войска готовятся к наступления с правого фланга Ораниенбаумского плацдарма на Кингисепп. Фактически же главный удар намечался с левого фланга плацдарма в сторону Красного Села.
Контрразведчики включились в работу по осуществлению плана. Для этого был подобран надёжный разведчик. После проверки выбор пал на Мокия Демьяновича Каращенко. За неделю его подготовили к выполнению ответственного задания: он должен был возвратиться в абверкоманду-104, но уже в качестве нашего разведчика и дезинформировать руководство “Марса” относительно замыслов советского командования. Каращенко снабдили информацией, указывавшей на подготовку войск Ленфронта к наступлению на Кингисеппском направлении. Его провезли по маршруту, рекомендованному офицером абвера. Для убедительности разведчик нанёс на карту дислокацию частей ПОГ, на его командировочном предписании чекисты сделали соответствующие отметки в штабах, которые он якобы посетил.
В ночь на 16 августа Мокия Демьяновича переправили через линию фронта.
А через некоторое время командование развернуло работу по осуществлению мероприятий, предусмотренных планом по дезинформации противника. Вскоре после ухода Каращенко, противник начал обстрел района, куда якобы прибыло пополнение для 71-й бригады. Снаряды ложились в болото, затем фашистская авиация начала бомбить и сбрасывать мины замедленного действия в места “прибытия” 142-й бригады и 227-й дивизии.
Эти факты свидетельствовали о том, что руководство абвера и группы армий “Север” поверили сведениям, принесённым Каращенко. Было ясно, что фашистская разведка на этом не остановится и приложит усилия для проверки данных, полученных от агента. Чекистами были приняты беспрецедентные меры по сохранению в тайне дезинформационных мероприятий. Все агенты абвера, направляемые на плацдарм, оказались в руках контрразведчиков. А в целях укрепления позиций Каращенко контрразведчики фронта подготовили и 29 сентября отправили своего агента – А. В. Сапёрова в стан врага с задачей не только дезинформировать абверовцев, но и глубоко внедриться в фашистскую военную разведку.
Тем временем командование фронта продолжало проводить в жизнь мероприятия, направленные на введение противника в заблуждение. Всё это помогло дезориентировать немецко-фашистское командование, создав у него уверенность, что готовится наступление советских войск на Кингисепп, Нарву. Против Приморского плацдарма во второй половине декабря – начале января заняли оборону новые соединения: моторизованная дивизия СС “Нордланд”, и моторизованная бригада СС “Нидерланды” (“История ордена Ленина Ленинградского военного округа”).
Наступление войск ленинградского фронта началось 14 января 1944 года с левого фланга Приморского плацдарма и завершилось полным разгромом вражеской группировки, блокировавшей Ленинград. 27 января на берегах Невы прогремел артиллерийский салют в честь полного снятия с города вражеской блокады.
Разведчики М. Д. Каращенко и А. В. Саперов в феврале – апреле 1945 года вышли в расположение советских войск.
За успешное выполнение воинского задания советского командования и проявленное при этом мужество и отвагу, они были награждены высокими наградами.
Председатель Совета ветеранов военной контрразведки Западного военного округа
полковник в отставке А. П. Конташов.
0