Из опыта работы СМЕРШ

Из воспоминаний военного контрразведчика заслуженного фронтовика генерал-лейтенанта Матвеева Александра Ивановича, начавшего службу в годы войны оперуполномоченным в 983-м стрелковом полку 253-й стрелковой дивизии завершившего службу заместителем начальника военной контрразведки КГБ СССР., автора книги 1418 дней и ночей Великой Отечественной войны
О Матвееве Александре Ивановиче

«В самом начале Висла-Одерской наступательной операции из управления контрразведки «Смерш» 1-го Белорусского фронта была получена ориентировка о том, что немцы готовят проведение массовых диверсионных акций на наших коммуникациях. В ней давались некоторые приметы на руководителей диверсионных групп, приводились образцы документов прикрытия и т.д. Всем отделам были даны указания активизировать розыск диверсантов и предотвратить их возможные акции.

В своем отделе контрразведки «Смерш» А.И. Матвеев 47-й гвардейской стрелковой дивизии мы обсудили сложившуюся ситуацию. Вместе с командованием по карте и на местности определили все объекты в полосе наступления, против которых могут быть совершены диверсии. Нашим отделом были сформированы специальные оперативные группы в составе 5-10 человек для организации засад около объектов возможных диверсий Им ставилась задача по охране объектов из укрытий, не обнаруживая своего присутствия. В случае появления подозрительных лиц следовало задерживать их и доставлять в ОКР «Смерш», а при необходимости применять оружие.

В трех километрах от штаба дивизии находился железнодорожный узел, куда поступали эшелоны с боеприпасами, горючим и другим снаряжением. Это был один из наиболее важных объектов, поэтому туда была направлена оперативная группа в составе 10 человек во главе со старшим оперуполномоченным капитаном Голубцовым М.И.

Организовали засаду на подходах к узлу. На второй день наблюдения группа Голубцова задержала следующего на ручной дрезине капитана железнодорожных войск. Он предъявил документы, в которых указывалось, что ему поручено проверить состояние восстановительных работ на узле. Голубцову версия показалась убедительной, документы в порядке, и капитана пропустили туда и обратно.

На следующий день в этом же районе появилась группа из шести вооруженных солдат и офицера. У каждого с собой был противогаз и за спиной тяжелые ранцы. Это насторожило контрразведчика. Голубцов дал команду своим бойцам занять позиции, а сам вместе с сержантом вышел им навстречу.

Шедший впереди офицер приблизился к Голубцову и по всей форме доложил, что его подразделение должно следовать за наступающими войсками и по поручению штаба фронта производить сбор новых образцов трофейного оружия. При этом он предъявил соответствующий документ, в котором предписывалось оказывать им содействие, а при необходимости ставить на все виды довольствия.

Несмотря на правильно оформленные документы, у Голубцова вызвало подозрение два обстоятельства: наличие ранцев, о которых указывалось в ориентировке, и форма обмундирования — точно такая же, как у вчерашнего капитана, проезжавшего на дрезине, хотя самого его с ними не было.

Докладная записка ГУКР «Смерш» в ГКО СССР об арестованных агентах германской разведки. 2 марта 1945 г.
Докладная записка ГУКР «Смерш» в ГКО СССР об арестованных агентах германской разведки. 2 марта 1945 г.

Не показывая сомнений, Голубцов объяснил офицеру, что поблизости находится штаб дивизии, части которой скоро будут наступать, и что они могут организовать взаимодействие по выполнению своей задачи.

Офицер сразу ухватился за эту идею и попросил Голубцова помочь связаться со штабом. Контрразведчик согласился и доставил всю группу в землянку нашего отдела «Смерш». Я спросил о цели их появления в нашем расположении и потребовал документы. Офицер предъявил служебное удостоверение и сопроводительные документы. Открыв первую страницу удостоверения, я сразу заметил один из признаков его фиктивности, о котором сообщалось в ориентировке. Меня в этот момент как током прошило, но я сдержался и вида не показал. Стал листать дальше и обнаружил еще два признака подделки. Стало совершенно ясно, что перед нами группа вражеских диверсантов.

В голове мысли работали с напряженной до предела быстротой. «Что делать? Как поступить?» — задавал я себе вопросы. Самое главное состояло в том, чтобы не выдать своего волнения. Напрягая все свои внутренние силы, я старался держаться ровно. Даже сидевший рядом Голубцов не заметил моего волнения. Диверсанты же в этот момент сидели напряженно, держа на изготовке свои автоматы.

Чтобы успокоиться, я, не торопясь, продолжал рассматривать офицерское удостоверение, потом внимательно прочитал сопроводительное письмо, а затем, как можно спокойнее, вернул документы и сказал, что мы готовы им помочь в выполнении их задачи.

Окончив «официальную» процедуру, я рассказал «гостям», что наши войска действительно го товятся в самое ближайшее время к наступлению. И, как бы между прочим, спросил, какие виды нового оружия их интересуют, так как у нас имеется большой склад с трофейным оружием, и они могли бы его осмотреть. Офицер не ответил на мой вопрос, но проявил большой интерес к нашему складу.

Эта беседа как-то разрядила обстановку, и я полностью овладел ситуацией. Заканчивая разговор, я предложил офицеру разместиться со своими людьми в одной из палаток в расположении нашего штаба. Тут же позвонил по телефону начальнику АХЧ и передал указание: «Группу офицера расквартировать в отдельной палатке и поставить временно, как прикомандированных, на все виды довольствия». Голубцову дал указание отвести «гостей» к начальнику АХЧ. Все поднялись. Офицер тепло поблагодарил меня за проявленное внимание, и Голубцов вывел их из землянки. Я с облегчением вздохнул.

Как только диверсанты ушли, я срочно вызвал к себе всех оперативных работников, которые в этот момент были на месте. Вернулся Голубцов, так и не поняв до конца, что имеет дело с диверсионной группой. Стали решать, что делать дальше, как обезоружить диверсантов, чтобы избежать жертв. Много было всяких предложений, но все они не исключали жертвы.

Командир диверсионной группы абверкоманды-204 В. Гетлер. Фотография из следственного дела
Командир диверсионной группы абверкоманды-204 В. Гетлер. Фотография из следственного дела
Документы из следственного дела на В. Гетлера
Документы из следственного дела на В. Гетлера

Вызвали начальника АХЧ, чтобы выяснить, как вражеские агенты себя ведут. Тот сообщил, что ведут они себя настороженно, не выпускают из рук автоматов даже во время приема пищи. Он же навел нас на удачную мысль, спросив, подвергать ли гостей санитарной обработке, так как в этот самый момент ее проходил весь личный состав. Для этих целей к нам прибыл специальный санкомбинат с баней. Хорошая мысль! Принимаем решение: пропустить «гостей» через санобработку. А для усиления группы санработников направили трех оперативников «Смерш». Решили действовать через начальника АХЧ.

Когда он предложил «гостям» пройти санобработку, офицер стал отказываться, заявив, что они прошли ее не так давно в своей части. Но начальник АХЧ и оперативный работник, выступающий под видом санинструктора, продолжали настаивать, ссылаясь на приказ командира дивизии об обработке всего личного состава.

Наконец, офицер согласился и дал указание своим подчиненным раздеваться. В соседней палатке в двух метрах от бани они сняли ранцы и разделись догола, положив автоматы поверх одежды. Но одного раздетого солдата оставили охранять снаряжение.

Раздумывать было некогда. Оперативная группа захвата была наготове. Оперуполномоченный Каратуев, переодетый под санитара, спокойно зашел в раздевалку и нанес охраннику сильный удар по затылку. Тот даже не пикнул.

Акт изъятия имущества у группы арестованных немецких диверсантов. 8 июня 1945 г.
Акт изъятия имущества у группы арестованных немецких диверсантов. 8 июня 1945 г.
Докладная записка ГУКР «Смерш» в ГКО СССР о задержании командира диверсионной группы Р. Пусселя. 25 октября 1944 г.
Докладная записка ГУКР «Смерш» в ГКО СССР о задержании командира диверсионной группы Р. Пусселя. 25 октября 1944 г.

В этот момент одна группа оперработников изъяла вооружение, а другая связывала голеньких диверсантов в парилке. Самое главное, что все было сделано без жертв.

В ранцах диверсантов мы обнаружили около 100 килограммов взрывчатки и взрывные устройства. На допросах они рассказали, что их задачей был подрыв эшелонов с боеприпасами и горючим на железнодорожной станции перед началом наступления.

Возглавлял диверсионную группу офицер Абвера по фамилии Вайс, выходец из поволжских немцев, в совершенстве владевший русским языком. Остальные были русскими, из числа бывших полицаев и карателей, окончившие специальные курсы по обучению диверсионному делу.

Вайс дал признательные показания о других диверсионных группах, которые готовились к выброске в прифронтовую полосу советских войск. Эта информация была использована в дальнейшей розыскной работе отделами контрразведки «Смерш» других дивизий. Из показаний арестованных также выяснилось, что офицер, приезжавший на дрезине, является восьмым участником диверсионной группы, который использовался в качестве радиста.

Получив эти данные, мы быстро организовали поиск вдоль железной дороги и на 8-м километре обнаружили на обочине ту самую дрезину. Начали прочесывать кустарник. В этот момент из-за укрытия диверсант обстрелял наших бойцов из автомата и в завязавшейся перестрелке был убит. У него мы нашли рацию и карту, на которой были нанесены объекты, где предполагалось совершить диверсии».

Армия Крайова против наших войск при освобождении Польши

Из книги “Ликвидаторы КГБ”. Автор: Колпакиди Александр Иванович, российский историк спецслужб. » »

Еще в марте 1917 года английский министр иностранных дел Артур Джеймс Бальфур заявил, обращаясь к лидерам польского национально-освободительного движения:

«Если вы сделаете абсолютно независимую Польшу… вы отрежете Россию от Запада. Россия перестанет быть фактором в политике Запада или почти перестанет».

В этой фразе объясняется одна из основных причин активной поддержки Запада национального движения в социалистической Польше после Второй мировой войны.

После оккупации Польши Германией, в октябре 1939 года во Франции было создано «правительство в изгнании», которое возглавил Владислав Рачкевич. После того, как вермахт оккупировал Париж, «правительство в изгнание» перебралось в Лондон. Сначала его признали Англия и США, а 30 июня 1941 года и СССР.

Максимальная численность АК, по различным источникам, колебалась от 250 000 до 350 000 человек.

Главный штаб АК, занимая позицию так называемой «ограниченной борьбы», не был заинтересован в развитии массового партизанского движения в стране.

На территории Польши появились его органы управления, действовавшие подпольно. В ноябре 1939 года был организован «Звензек вальки збройней» («Союз вооруженной борьбы» — ЗВЗ). До конца 1941 года командованию ЗВЗ удалось подчинить ряд военных конспиративных организаций, действующих на территории Польши[736]. В феврале 1942 года на базе этого военизированного формирования начался процесс создания Армии Крайова (далее — АК), основная задача которой определялась как «борьба за восстановления государства с оружием в руках».

Активно участвовать в боевых действиях против фашистских оккупантов большинство подразделений АК начали только при приближении Красной Армии. Объяснение этому простое. Основная задача этой военизированной организации — обеспечение установления власти эмигрантского буржуазного правительства, а не тех сил, которые активно поддерживает Москва. 

Большинство этих отрядов отличала «позиция выжидания» в отношении фашистских оккупантов.

Еще в 1943 году польским «правительством в изгнании» были разработаны планы провокационной вооруженной демонстрации на случай вступления Советской армии на территории восточной и центральной части страны. Они были отражены в директиве датированной 27 октября 1943 года. Более того, в конце того же года Главный штаб «АК» на основе этого документа издал инструкцию о целях и задачах так называемой операции «Бужа» («Буря»). Он предусматривал активизацию подразделений Армии Крайовой и захват ими отдельных населенных пунктов и районов, которые будет оставлять отступающая германская армия.

Когда 3 августа 1944 года на переговорах в Москве премьер-министр эмигрантского правительства Станислав Миколайчик (сменивший в июле 1943 года погибшего в авиакатастрофе своего предшественника генерала Владислава Сикорского) заявил, что «поляки создали в Польше подпольную армию», Иосиф Сталин резонно заметил:

«Борьбы с немцами она (Армия Крайова. — Прим. ред.) не ведет. Отряды этой армии скрываются в лесах. Когда спрашивают представителей этих отрядов, почему они не ведут борьбы против немцев, они отвечают, что это не так легко, так как если они убивают одного немца, то немцы за это убивают десять поляков… наши войска встретили под Ковелем две дивизии этой армии, но когда наши войска подошли к ним, оказалось, что они не могут драться с немцами, так как у них нет вооружения… отряды польской подпольной армии не дерутся против немцев, ибо их тактика состоит в том, чтобы беречь себя и затем объявиться, когда в Польшу придут англичане или русские»

Еще в мае 1944 года до того, как красноармейцы начала освобождение Польши, была выпущена специальная директива заместителя наркома внутренних дел СССР Ивана Серова и начальника войск НКВД по охране тыла действующей армии генерал-майора Ивана Горбатюка. Она «информировала» командиров частей и соединений внутренних и пограничных войск, что на территории, которую планировалось очистить от немецко-фашистских захватчиков летом 1944 года, «враждебно-настроенные к нам группы населения» будут стремиться «в подходящий момент ударить нам в спину». К разряду «враждебно-настроенных» были причислены все польские вооруженные организации, подчинявшиеся польскому правительству в эмиграции.

Не дожидаясь появления Красной Армии, отряды «АК», действовавшие на территории Западной Белоруссии и Южной Литвы, в середине 1943 года начали вооруженную борьбу против советских партизан. В рапортах комендантов из этих районов ежемесячно сообщалось о сотнях убитых подпольщиков.

В начале 1944 года численность АК достигла максимальной численности за весь период своего существования: 10 756 офицеров, 7506 юнкеров (подхорунжий), 87 886 сержантов (унтер-офицеров). В этой подпольной армии насчитывалось 6287 полных взводов (по 50 человек в каждом) и 2633 неполных взвода (по 25 военнослужащих в каждом). Таким образом, общее количество солдат 380 175[758].

И эта огромная подпольная армия подчинялась польскому «правительству в изгнание», которое в свою очередь активно сотрудничало с VI отделом (Польша) и Управлением специальных операций Великобритании (УСО). Данная организация была создана в июле 1940 года и специализировалась на организации и проведение диверсионно-разведывательных  акций на оккупированной фашистами территории Западной Европы.

Перед Армией Крайова ставилась задача по мере отступления немецких войск овладевать освобожденными районами, чтобы советские войска заставали там уже сформированные аппараты власти, подчиненные эмигрантскому правительству. В операции предполагалось задействовать 70–80 тысяч солдат и офицеров АК, находившихся, главным образом, в Восточной и Юго-восточной Польше, а также на территориях Литвы, Западной Украины и Западной Белоруссии.

В июле 1944 года командующий АК Тадеуш Комаровский («Бур») приказал своему заместителю генералу Леопольду Окулицкому создать и возглавить новую подпольную офицерскую разведывательную военно-политическую организацию «НЕ» («Нее подлеглость»). Официальное решение о ее создании польским «правительством в изгнании» было принято только 14 ноября 1944 года.

Основные задачи новой структуры: создание террористических групп для убийства политических противников в стране и представителей командования Советской армии; проведение подготовительной работы к вооруженному выступлению против новой власти.

В августе 1944 года военные чекисты «изъяли 13 радиостанций польского лондонского подполья». Кроме этого, начальник ГУКР «Смерш» Виктор Абакумов и Уполномоченный Ставки ВГК Красной Армии по иностранным военным формированиям на территории СССР Георгий Сергеевич Жуков предложили:

«Для обеспечения работы по выявлению и ликвидации на территории Польши радиостанции лондонского эмигрантского правительства и германских агентурных радиостанций считаем необходимым организовать фронтовой отдел радиоконтрразведывательной службы с центром в Люблине, а в последующем в Варшаве, которому также поручить контроль в эфире… и руководство забивкой на территории Польши антисоветского радиовещания»

В 1944–1945 годах соединения внутренних войск НКВД, Красной армии и органы военной контрразведки проделали колоссальный объем работы по «зачистке» территории Польши и «ликвидации» инфраструктуры Армии крайовой. 

Начиная с сентября 1944 года «аковцы» начали вооруженную борьбу. Так, в Владавском уезде они уничтожили шесть милиционеров, в Люблинском уезде погибло пять советских военнослужащих, в Замо-стьевском уезде:

«…убито 11 человек, из них 5 военнослужащих Красной Армии, освобождено 12 арестованных, в том числе 6 активных «аковцев», а в Холмском и соседних уездах «совершено более 10 вооруженных нападений. Убито 13 человек из числа местных работников, в т. ч. убили 4 работников Отдела общественной безопасности, которые конвоировали арестованных и освободили 4 арестованных».

В августе — начале ноября 1944 года «имели место 50 случаев террористических выступлений банд АК против военнослужащих» 1-го Белорусского фронта.

«Из 50 случаев 12 террористических выступлений были отражены военнослужащими без жертв, а остальные 38 сопровождались жертвами со стороны бойцов и командиров Красной Армии.

Всего от террористических выступлений пострадали 56 военнослужащих, в том числе:

В числе пострадавших: убито 3 военных коменданта волостей, один комендант уведен в лес, о судьбе которого неизвестно, один комендант ранен.

Как наиболее характерные случаи террористических выступлений необходимо отметить следующие:

13 августа в м. Рыки Люблинского воеводства террористами убит капитан Красной Армии Парамонов. 21 октября войсками НКВД по охране тыла в селе Тужисто Луковского уезда задержаны террористы из группы «Орлик» Пьентек и Антоневич, которые сознались в совершении убийства капитана Парамонова.

1 октября в 21.00 произведено вооруженное нападение группы АК — 30 чел. — на пост № 3 190-го дорожного комендантского участка, ранен начальник поста ст. сержант Зазябов.

5 октября группа диверсионно-террористического отряда «Загончик» в гмине Целеюв, идя на выполнение диверсионного задания, была остановлена патрулем ОКР «Смерш» 69-й армии. Во время проверки документов террористы напали на патруль и убили ст. сержанта Сакура, тяжело ранили старшину Вакуленко.

11 октября в районе дер. Радилово Холмского уезда участниками АК были схвачены и уведены в лес военный комендант гмина Жмудзь лейтенант Ветошкин и находившийся вместе с ним сотрудник милиции.

15 октября в Люблине проходил артдивизион 892-го артиллерийского полка. Возле колонны проехала польская автомашина, из которой в колонну была брошена граната. Взрывом гранаты ранены зам. командира артдивизиона по политчасти капитан Григорьев и командир батареи Бабенко.

В тот же день в Люблине была обстреляна автомашина командира артдивизиона 892-го артиллерийского полка майора Сытника, ранен шофер.

18 октября в Люблине проходила колонна 323-го стрелкового полка. Колонну обогнала автомашина с флагом Войска Польского и умышленно врезалась в голову колонны, после чего скрылась. Ранение получили шесть военнослужащих.

19 октября участниками АК во время исполнения служебных обязанностей убит военный комендант гмины Тарло мл. лейтенант Куракин и милиционер местной милиции Озан, трупы которых бандитами были зарыты в землю При извлечении трупов установлено, что военный комендант Куракин кроме пулевых ранений имел два выбитых дуба, сломанную ногу и ранение головы от удара деревянным предметом, что свидетельствует о зверском издевательстве над ним.

Читать книгу

О работе органов СМЕРШ при освобождении Польши

Из книги “Правда о СМЕРШе. Военный контрразведчик рассказывает”. Автор: Генерал-майор Леонид Георгиевич Иванов, Будучи кадровым военным контрразведчиком, прошел всю Великую Отечественную войну с первой и до последней минуты. 9 боевых орденов, более 30 разоблаченных агентов Абвера (десять силовых задержаний провел в одиночку). Участвовал и в операциях по освобождению Варшавы.

На Варшавском направлении

До Варшавы мы ехали несколько дней, хотя для наших эшелонов везде был зажжен зеленый свет. Проезжали в основном по территории Украины, а потом Белоруссии. До этой поездки я ни разу не был в тылу, все время на фронте.

По пути нашего движения мы с удивлением и горечью рассматривали разоренные городе, разбитые населенные Пункты, сгоревшие деревни.

Когда эшелон останавливался на какой-нибудь железнодорожной станции, вагоны обступали толпы голодных, плохо одетых людей, подчас с маленькими детьми.

Все эти недавно освобожденные люди просили хлеба. Мы раздали все, что у нас было. В Молдавии нас хорошо снабдили помидорами, яблоками, грушами, виноградом. Вначале мы отдавали яблоки и виноград целыми ящиками. Но количество голодных просящих людей не уменьшалось, а наши запасы иссякали. Вынуждены были раздавать по одной груше, по одному яблоку. Раздали и все личные сухие пайки. В общем, по дороге раздали все, что было.

На территории Польши части 5-й ударной армии находились южнее Варшавы, на известном сегодня Магнушевском плацдарме.

Бои были жестокие и упорные. Особенно напряженные сражения проходили в предместье Варшавы — Праге.

Декабрь 1944 года. 1-й Белорусский фронт под Варшавой, Магнушевский плацдарм

В Польше полегло 400 тысяч наших лучших воинов.

Задачи «Смерш» и военной контрразведки в принципе оставались теми же, что и в ходе боевых действий на территории Советского Союза. Так как готовилось крупное наступление, то особое внимание было обращено на сохранение в строгой тайне подготовки к этому наступлению. Особенно нас волновали возможные случаи измены. Не случайно командующий 5-й ударной армией генерал-полковник Н.Э. Берзарин лично мне поставил задачу: не допустить ни одного случая измены Родине при подготовке частей Красной Армии к наступлению на Варшавско-Берлинском направлении в январе 1945 года.

Декабрь 1944 и первую половину января 1945 года я непосредственно находился в боевых частях армии на переднем крае и организовывал работу по недопущению измены Родине. Как я указывал выше, в итоге нашей работы ни одного случая измены Родине на участке 5-й ударной армии не было, что существенно повысило внезапность нашего наступления на немцев.

Также в освобожденной Польше осуществлялись мероприятия по разоружению частей и подразделений «Армии Крайовой» (АК), созданной польским эмигрантским правительством Миколайчика, пытавшегося руководить ситуацией из Лондона. Боевые действия против гитлеровских войск они предусмотрительно не вели. После вступления наших войск в Польшу эта армия оказалась у нас в тылу и представляла большую опасность. Ее части находились в лесах, были хорошо оснащены и вооружены, имели склады боеприпасов.

Наша справка:  Еще в 1943 году польским «правительством в изгнании» были разработаны планы провокационной вооруженной демонстрации на случай вступления Советской армии на территории восточной и центральной части страны. Они были отражены в директиве датированной 27 октября 1943 года. Более того, в конце того же года Главный штаб «АК» на основе этого документа издал инструкцию о целях и задачах так называемой операции «Бужа» («Буря»). Он предусматривал активизацию подразделений Армии Крайовой и захват ими отдельных населенных пунктов и районов, которые будет оставлять отступающая германская армия.
Не дожидаясь появления Красной Армии, отряды «АК», действовавшие на территории Западной Белоруссии и Южной Литвы, в середине 1943 года начали вооруженную борьбу против советских партизан. В рапортах комендантов из этих районов ежемесячно сообщалось о сотнях убитых подпольщиков. 

Я был назначен старшим опергруппы «Смерш» в прифронтовой полосе 5-й ударной армии по разоружению частей АК. Работа была ответственная и необычная, значение которой возрастало в условиях, когда наши войска активно готовились к наступательным операциям по освобождению Варшавы и овладению Берлином. Еженедельно о ходе и результатах этой работы составлялись доклады и шли лично к Сталину.

В январе 1945 года войска 1-го Белорусского фронта перешли в наступление. Сразу же были достигнуты большие боевые результаты.

Под Варшавой, январь 1945 года. 1-й Белорусский фронт

Вскоре после тяжелых боев была освобождена Варшава. Без оперативной паузы наступление развивалось ускоренными темпами. За день советские войска продвигались порой на 50–70 километров.

Обращало на себя внимание то обстоятельство, что польское население не проявляло тех положительных эмоций и беспредельной радости, которые мы наблюдали при освобождении советских городов. Зато наши войска дружно и восторженно приветствовали люди, освобожденные из концентрационных лагерей: французы, бельгийцы, югославы… Они двигались обычно вместе, колонной, кто с мешком на спине, кто с коляской, кто на велосипеде. Надо было видеть их восторженные лица, худые руки, сжатые в кулаки и поднятые к плечу, приветствия, несшиеся к нам сквозь топот и лязг, на всех языках Европы.

Вскоре после освобождения Варшавы из контрразведки «Смерш» фронта поступило указание собрать данные о реакции поляков на вход на их территорию советских войск. Эти данные требовались для личного доклада начальника ГУКР «Смерш» B.C. Абакумова И.В. Сталину.

Задача была трудная. С кем говорить о настроениях и как? Мешал к тому же языковой барьер.

Посоветовавшись, мы решили разделить нашу задачу: кто-то из наших товарищей говорит с рабочими, кто-то с крестьянами, кто-то с интеллигенцией и т. д. Я выбрал себе миссию побеседовать с ксендзами и представителями молодежи.

В итоге этих наших действий получилась довольно пестрая картина: некоторые поляки положительно отнеслись к входу советских войск на их территорию, некоторые настороженно. Восторга, в общем, не высказывал никто.

Один молодой человек, с которым я беседовал, мне прямо заявил:

— Зачем вы пришли в Польшу? Мы и без вас бы обошлись.

При этом высказал несколько нелестных фраз в адрес русского народа. Я понял, что имею дело с врагом, и дал ему резкий аргументированный отпор. Мне показалось, что, несмотря на свою антисоветскую ориентацию, поляк был потрясен сутью моих слов. Большинства приведенных мною аргументов он просто не знал.

Замечу, что к началу боевых действий на Курской дуге в немецких дивизиях, среди «хиви» — добровольных помощников-военнослужащих, подавляющее число составляли поляки — от 10 до 30 % личного состава.

Тогда я еще не знал, что в боях за освобождение польских земель погибло более 400 тысяч солдат и офицеров Красной Армии!

Очень дорогой ценой досталось нам освобождение Польши. Все собранные нами тогда сведения были обработаны и отправлены в управление «Смерш» фронта.

Интересно, что вскоре после освобождения Польши я был награжден польской большой серебряной медалью «Храбрым на поле боя».

Не может не удивлять поступок Президента РФ В.В. Путина, когда он при посещении Польши в январе 2002 года возложил букет к памятнику аковцам. За что, спрашивается, им такая честь? Видимо, плохо работают советники президента, некачественно.

Никакой борьбы с немцами эта армия не вела, если не считать Варшавского восстания, поднятого Бур-Комаровским 1 августа 1944 года, стоившего жизни тысячам польских патриотов и заранее обреченного на провал. На линии фронта аковцев никогда не было. А вот «Смершу» они хлопот доставляли много.

«Армия Крайова» формально создавалась польским эмигрантским правительством во главе с Миколайчиком в Лондоне. Фактически она создавалась на средства и при активном участии американо-британских и иных капиталов.

У аковцев была одна задача: с Миколайчиком или с кем-нибудь еще сохранить буржуазную, враждебную СССР соседнюю Польшу.

Уникальные мемуары ветерана военной контрразведки, откровенные воспоминания о пережитом и отповедь клеветникам, пытающимся очернить советскую историю и демонизировать легендарный СМЕРШ. Читать книгу полностью

Подвиг разведчика Особого отдела

Предлагаем статью об одном из эпизодов «тайной войны» между советскими и финскими спецслужбами на Карельском фронте в 1941-1944 гг. на примере внедрения в Петрозаводскую школу финской разведки советского разведчика С.Д.Гуменюка.

Читать полностью

Заложена часовня на Курской дуге

27 мая 2019 года у поселка Поныри в Курской области в местах кровопролитных боев на Тепловских высотах Огненной Курской дуги заложили часовню во имя Георгия Победоносца в рамках программы “Молчаливое эхо войны”. Эту программу реализует межрегиональная общественная организация “Ветераны военной контрразведки”. Такие часовни уже установлены в Ленинградской области у Невского пятачка и на Дороге жизни, в Псковской, Смоленской, Калининградской областях, в Севастополе и Волгограде.
Читать полностью

6 мая 2019

6 мая в Дубровском городском поселении на берегу Невы, где установлен памятник-часовня, состоялся митинг, посвящённый 74-й годовщине Победы в Великой Отечественной войне.

Ежегодно накануне Дня Победы, начиная с 2011 года, когда по инициативе ветеранов военной контрразведки на берегу Невы была возведена беломраморная часовня, свято чтится традиция таких встреч на легендарной земле. Контрразведчики приезжают в Дубровку, чтобы почтить память павших товарищей и рассказать молодым воинам о трагическом и героическом Невском «пятачке».

В торжественном построении плечом к плечу стояли защитники Отечества разных поколений: генералы, офицеры, военнослужащие контрразведки, кадеты, Рота Почётного караула, военный оркестр.

К присутствующим обратился начальник Управления ФСБ России по Западному военному округу генерал-лейтенант А.А. Пушкарёв, который подчеркнул: «День Победы был, есть и будет главным праздником страны, его народной гордостью, Днем национального триумфа, вечной скорби и памяти. День Победы – символ неразрывной связи нынешнего поколения и героического прошлого страны. Победа ковалась на передовой и в тылу, в партизанских отрядах и подполье, её приближали мужество блокадного Ленинграда, отвага защитников Невского «пятачка», доблесть тысяч бойцов, непреклонно стоявших на своих рубежах. Наш долг – быть достойными их подвига!»

Первый заместитель председателя Комитета по обороне и безопасности Совета Федерации А.В. Ракитин призвал беречь память о тех, кто приближал Победу: «22 июня 2011 года мы открывали эту часовню. Вместе с нами в одном строю стояли генерал-майор Марейчев Александр Александрович, полковник Пидемский Борис Михайлович, матрос Фомичев Юрий Александрович и другие ветераны, которых, к сожалению, уже нет рядом с нами.

Но они оставили о себе светлую героическую память. Такую же память оставили тысячи и тысячи воинов, сражавшихся и погибших на Невском «пятачке». Беречь память о тех, кто погиб за будущее страны, должен каждый из нас и передавать эту память молодежи, подрастающим поколениям. С наступающим Днём Победы! Здоровья, мира и благополучия всем!»

Депутат Законодательного собрания Ленинградской области С.И. Алиев поздравил всех присутствующих с Днём Победы, выразил слова благодарности военным контрразведчикам за то, что именно здесь, в Дубровке, они уже девятый год подряд проводят митинг с участием роты Почётного караула, военно-духового оркестра, с торжественным построением военнослужащих: «Это очень важно для всех ветеранов, жителей и особенно для молодежи, кадетов, школьников, для их патриотического воспитания, потому что они видят, как военные контрразведчики чтут память о тех, кто погиб, защищая страну. В Дубровке свято берегут память о погибших, только за последние несколько лет перезахоронены со всеми воинскими почестями останки 2600 воинов. Вечная память павшим! Низкий поклон ветеранам, которые сегодня рядом с нами! Мы помним ваш подвиг и гордимся вами!»

Слово было предоставлено внучке начальника Управления контрразведки «СМЕРШ» Ленинградского фронта генерал-лейтенанта Быстрова Александра Семеновича – Александре Георгиевне Кузнецовой: «Поздравляю всех с главным праздником страны – Днём Победы! В эти дни особенно хочется почтить память тех людей, кто пожертвовал своей жизнью во имя будущего страны. Весомый вклад в дело Победы внесли сотрудники военной контрразведки, которые помимо выполнения своих задач на «невидимом фронте» при необходимости шли на передовую вместе с другими офицерами и солдатами.

Здесь, в Невской Дубровке, плечом к плечу с другими войсковыми соединениями Красной Армии сражались 4 дивизии войск НКВД. Мой дедушка, Быстров Александр Семенович, участник Великой Отечественной войны, с 1942 года и до окончания войны был начальником военной контрразведки по Ленинградскому фронту. Со своими коллегами он вел работу по защите войск от подрывных действий вражеской агентуры. За годы войны были обезврежены тысячи шпионов, диверсантов, террористов. Были внедрены агенты в учебно-оперативные центры абвера и других спецслужб гитлеровского рейха. При этом абверу не удалось внедрить своих агентов ни в один орган разведки Ленинградского фронта, не удалось добыть достоверных данных ни об одном плане наступательных крупных операций, не удалось совершить ни одной серьезной диверсии.

Хочу выразить свое глубокое уважение и благодарность военным контрразведчикам, которые сегодня служат, выполняют свой долг. Спасибо вам за вашу работу, за память о павших, за внимание к ветеранам».

После минуты молчания настоятель храма в честь иконы Божией Матери «Взыскание погибших» протоиерей Валериан Жиряков совершил поминальную службу по павшим воинам. Завершился митинг церемонией возложения венков и цветов, торжественным маршем роты Почётного караула.

Мероприятие продолжилось в парке «Невский», где для гостей и жителей Дубровки работала полевая кухня,выступали артисты ансамбля песни и пляски Западного военного округа.

Военные контрразведчики уже давно стали для дубровчан дорогими гостями, их приезда ждут с особым волнением, потому что проводимые ими мероприятия всегда наполнены особой торжественностью, величием, душевностью и патриотизмом.

Источник: http://ndubrovka.ru (Мила Тарасова)

Невский Пятачек

Стихи Юрия Пореша, ветерана 115-й СД ЛФ, участника боев на Невском Пятачке в ноябре 1941 г.

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ
Октябрь – ноябрь 1941-го года.

Невский Пята-Пятачок..
Пули градом – чок-чок-чок
по железу.
На полоске с километр
в щель любую стерва смерть
лезет. Жуть бессмысленных атак..
Сотни жизней жрёт Пятак
без возврата.
Вон шальных морпехов строй
пал.. Несёт с земли сырой
смрадом. Пара рот за день боёв,
уходя в небытиё,
не заплачет.
И с ухмылкой Сатана
(мол, в бою и смерть красна)
скачет. Нам позиции не сдать..
Перепаханный плацдарм
кровью полон.
Ртом сухим лизнешь снежку.
Он растает.. И на вкус
солон. Всех потерь не посчитать.
Пусть в раю для них места
Бог подыщет.
Пять дивизий – не цена!
Павших меряет война
в тыщах.

ЧАСТЬ ВТОРАЯ.
Август – сентябрь 1942 года.

Два цветущих села размозжила война,
даже труб от печей не оставив.
Подчистую сожгли.. Лишь смородинный лист
мотыльком мимо нас пролетает. Смерть опять пересилила хрупкую жизнь..
Цвет травы – грязно-серый от пепла.
И послойно солдат на солдате лежит
в самом центре разящего пекла. Снова слышим “Ура”! Нам в атаку пора..
Вал людской до конца не истрачен!
Левый берег Невы; ты неласков, увы,
к тем, кто верит в слепую удачу. Немцу солнце в глаза… Нам – ни шагу назад.
Где летаешь ты, ангел-хранитель?
Ведь уже вороньё трупы павших клюёт..
Кто за спинами – нас не вините. В полный рост и ползком прорывается полк
через ад у Московской Дубровки.
Снова лопнет струна.. Нас проглотит война,
напитавшись солдатскою кровкой.

Примечание автора.
Два села – Арбузово и Анненское, входяшие в
административное поселение Московская Дубровка,
были буквально стёрты с лица земли в период
боёв на Невском Пятачке. После войны они не были
вновь отстроены, потому что вся земля, где
когда-то стояли дома и цвели сады, была напичкана
неразорвавшимися минами, снарядами и бомбами.
Вплоть до начала семидесятых годов прошлого века
жителям окрестностей было запрещено брать воду
из уцелевших колодцев Невского Пятачка: она сверх
всякой меры была пропитана трупным ядом от павших.
До сих пор на месте этих сёл находится мёртвый пустырь,
куда, даже спустя семь десятилетий после войны,
ходить не рекомендуется.

На переправу

Ветеранами военной контрразведки установлена Часовня на Ладоге

Ветераны военной контрразведки в день начала Великой Отечественной войны 22 июня 2018 года открыли часовню на берегу Ладожского озера, по льду которого проходила Дорога жизни.

Читать полностью

Поздравляем с юбилеем СМЕРШ!

75 лет назад 19 апреля 1943 года был создан  легендарный СМЕРШ, признанный самой эффективной контрразведкой мира.

После провала блицкрига немцы развернули целую сеть разведывательных органов и школ подготовки агентуры и стали отчаянно пытаться переломить ситуацию с помощью «тайной войны» массовой заброски агентуры и диверсий в глубоком тылу наших войск.

С ноября 1942 года по всему рейху была создана сеть разведывательных школ, готовивших шпионов, подрывников, связистов, провокаторов для действий за линией фронта. Для противодействия этой силе постановлением Главного комитета обороны СССР от 19 апреля 1943 г. № 415-138сс было создано Главное Управление контрразведки наркомата обороны СМЕРШ (смерть шпионам). Читать полностью

Шпионская школа

За годы войны в тыл врага было заброшено свыше 3 тысяч наших разведчиков Сотрудники и агенты Смерша направлялись для внедрения в разведцентры и разведшколы абвера и РСХА, в воинские части вермахта. Благодаря им Смерш обезвредил более 30 тыс. агентов гитлеровской разведки, более 3,5 тыс. агентов-диверсантов и свыше 6 тыс. террористов. Было проведено 180 радиоигр с разведорганами противника в целях его дезинформации в интересах Ставки, Генштаба и командования фронтов.

Читать полностью