Открыт памятник офицеру -пограничнику Стрельникову и особисту Буйневичу

24 апреля, во Владивостоке увековечили память о защитниках Отечества Иване Стрельникове и Николае Буйневиче. Начальник пограничной службы и оперуполномоченный особого отдела КГБ отдали свои жизни во время кровопролитной битвы за остров Даманский. Второго марта 1969 года они первыми в составе подразделения вступили в бой с хорошо подготовленным китайским отрядом из трехсот человек и сдерживали противника до прихода подкрепления.

Прошло уже 50 лет со дня кровавых боёв на острове Даманском. Среди воевавших там офицер особого отдела, настоящий “опер”, память о котором навечно вписана в скрижали военной контрразведки… Николай Михайлович погиб в бою, защищая неприкосновенность территории Советского Союза, пал в одном боевом строю с теми военнослужащими, чью безопасность он обеспечивал. Буйневич не уклонился от боестолкновения с врагом, не спрятался за спинами обслуживаемого им личного состава, а пошел на противника по собственной инициативе, уверенно и безоглядно, зная, что за его спиной Родина.

Буйневич Николай Михайлович родился 4 января 1944 года в селе Заборье. В 1968 году после окончания училища в г. Новосибирске в звании старшего лейтенанта направлен в качестве сотрудника особого отдела на одну из самых “горячих застав” Дальневосточной границы Советского Союза на острове Даманский.

В середине 1960-х гг. Советский Союз был окончательно возведен Китаем в статус врага. В пропагандистский обиход вошел термин «угроза с Севера». Началось наращивание группировки сил и средств на границе с Советским Союзом. К 1967 г. численность китайских войск в приграничных с СССР и МНР районах возросла на 264 тыс. человек — на 22 дивизии — за счет переброски войск из глубины КНР и достигла 400 тыс. человек. К 1967 г. провокации на границе приняли крупномасштабный характер. Особенно опасными считались провокации в зимний период. Китайцы выходили на границу организованными группами численностью от 50 до 1500 человек. Советские пограничники, обязанные предотвращать эти провокации, оказывались в очень сложном положении. С одной стороны, им категорически запрещалось применять огнестрельное оружие. С другой стороны — они должны были не допустить проникновения нарушителей на советскую территорию. К лету 1968 г. на участках нескольких пограничных отрядов Дальневосточного и Тихоокеанского пограничных округов драки происходили уже ежедневно. В качестве оружия советскими пограничниками использовались шесты и рогатины с тупыми концами. Китайцы, в свою очередь, стали применять дубины и палки с гвоздями и крючьями на концах.

К 1968 году в КНР партийное и военно-политическое руководство страны было крайне заинтересовано в эскалации конфликтов на границе с Советским Союзом, разрешении территориальных споров в пользу Китая, чтобы еще больше сплотить народ под знаменем идей «великого кормчего». В случае успеха пограничный конфликт гарантировал усиление явного и неформального влияния верхушки Национально-освободительной армии Китая (НОАК). Штабом приграничного с СССР Шэньянского военного округа разработан план боевых действий под кодовым наименованием «Возмездие». Основная цель — захват и удержание принадлежащего СССР острова Даманский на реке Уссури, уничтожение группировки советских пограничников, контролирующей территорию острова. 19 февраля план «Возмездие» был утвержден Генеральным штабом, согласован с МИД, а затем одобрен ЦК КПК и лично Мао Цзедуном.

Особым отделом в это время на эту заставу был направлен для прохождения службы старший лейтенант Буйневич, где прошло его становление как оперативного работника, где соблюдая честь и достоинство сотрудника Особого отдела, проявил сови лучшие качества и профессионализм, принял бой в защите рубежей и отдал свою жизнь за нашу Родину.

У нашего ветерана Ношкина Василия Гавриловича, служившего позже в этих местах, сохранились подлинные фото об этих событиях, полученные им от их участников, некоторые из которых мы здесь также публикуем.

 

Фото из личного архива Ношкина В.Г.

 

Фото из личного архива Ношкина В.Г.

Их архива Ношкина В.Г.
Здесь видно, сколь малыми силами приходилось выходить к толпе пограничникам

Рындина А.С. Фото из его личного архива

Член нашей ветеранской организации Рындин Александр Сергеевич, 75 летие которого мы отметили в марте, служил в тот период в этих же местах на соседнем участке границы. В связи с обострением обстановки на границе он в числе других молодых ребят был направлен на усиление. Он вспоминает, что в тот период китайцы группами пытались нарушать границу, а пограничникам была дана команда вытеснять их без применения оружия, что и выполнялось всеми возможными способами. Но за спинами китайцев, которые шли на пограничников пока без оружия, ощущалась воля государственных структур.  При этом китайцы выходили  на прорыв границы даже, вооруженные палками, дубинками и их приходилось вытеснять с использованием подсобных средств, завязывались даже рукопашные (Его воспоминанию публикуем на сайте).

Об обстановке в тот период бывший начальник пограничных войск КГБ СССР генерал армии В.А. Матросов, прошедший мясорубку Великой Отечественной и Афганистана, человек немногословный, скупой в оценках и предельно сдержанный в проявлении эмоций, вспоминая период конца 1960-х — начала 1980-х годов, сказал буквально следующее: «В те годы обстановка на границе с Китаем была ПРОПИТАНА УЖАСОМ».

Вспоминает участник боевых действий на острове Даманский, ветеран Службы внешней разведки капитан 1-го ранга Николай Григорьевич Щеголев:

«В июне 1968 года я, выпускник Высшей Краснознаменной школы КГБ при СМ СССР им. Ф.Э. Дзержинского, с женой и двумя детьми прибыл по распределению в Особый отдел КГБ по Краснознаменному Тихоокеанскому пограничному округу в город Владивосток. В беседе с руководством отдела, наряду с другими вопросами, мое внимание было акцентировано на сложной военно-политической и оперативной обстановке на участке советско-китайской границы, охраняемом войсками пограничного округа, и необходимости усиления оперативной работы на этом направлении.

Поэтому поступившее предложение о назначении меня оперуполномоченным Особого отдела КГБ по 57-му Иманскому пограничному отряду было принято с пониманием и оценено как высокое доверие. После инструктажа и наставлений, данных направленцем округа капитаном Н.Г. Филимоновым (ныне здравствующий полковник в отставке), мы с семьей убыли к месту службы в г. Иман (сейчас г. Дальнереченск).

На железнодорожном вокзале нас встретил начальник Особого отдела по погранотряду майор Синенко Иван Степанович и отвез на квартиру, которая находилась на территории отдельной строительной роты во вновь построенном бараке со всеми удобствами во дворе. Как оказалось, это был тоже объект моего оперативного обслуживания, и он находился в тайге на удалении 4–5 километров от города.

В Особом отделе на тот период, кроме начальника и секретаря, работали три сотрудника: старший оперуполномоченный капитан Ю.Н. Афонин, оперуполномоченные капитан А.П. Лебедев и старший лейтенант А.В. Медведев. Последний — без теоретической подготовки и опыта оперативной работы.

Отстраивались здания штаба и служб отряда, дивизиона, удаленные городки пограничных застав, проводилось инженерное-техническое оборудование охраняемого участка государственной границы, речной дивизион пополнялся новыми кораблями и бронекатерами. Наряду с комплектованием личным составом реализовывались меры по повышению боеготовности и боеспособности подразделений.

Все перечисленные организационные мероприятия проходили в условиях напряженной обстановки на границе, что проявлялось в организации китайцами массовых демонстраций на линии границы с использованием громкоговорящих устройств, провокационных нарушениях границы китайскими рыбаками, высадке на оспариваемые острова на реке Уссури якобы для производства сельскохозяйственных работ, попытках проверить на прочность наши бронекатера, пытаясь взять их на таран, забрасывать камнями матросов и т. п.

В середине августа 1968 года по окончании Новосибирской школы КГБ при СМ СССР № 311, специализировавшейся на подготовке сотрудников органов военной контрразведки, в наш отдел на должность оперуполномоченного прибыл новый офицер — старший лейтенант Буйневич Николай Михайлович. Он заменил убывающего в Западный пограничный округ капитана Афонина Ю.Н.

Николай Михайлович Буйневич относился к той удивительной категории людей, которые после первого же знакомства сразу располагают к себе. Молодой, улыбчивый, всегда доброжелательно настроенный к окружающим, симпатичный, плотного телосложения, интересный собеседник, в меру скромен, общителен. В общем, через пару дней я поймал себя на мысли, что мы с ним знакомы очень давно.

Вид из Китая. Островок Даманский на реке Уссури входил в состав Пожарского района Приморского края и имел площадь 0,74 км². Располагался он чуть ближе к китайскому берегу, но граница проходила не по середине реки, а, в соответствии с пекинским трактатом 1860 года, по китайскому берегу.

Новый сотрудник серьезно отнесся к приему передаваемых ему в обслуживание объектов. А это были пограничные заставы на правом фланге участка отряда с наиболее острой обстановкой, так как именно там находились оспариваемые китайцами острова Киркинский и Даманский. В процессе беседы со своим предшественником капитаном Афониным он стремился получить доскональную информацию абсолютно обо всем, начиная с личного состава, условий жизни, обеспеченности, обстановки внутри воинских коллективов и в окружении погранзастав, взаимоотношений с местным населением и заканчивая особенностями рельефа местности на охраняемом участке.

Когда новый сотрудник приступил к работе, складывалось впечатление, что он буквально живет на границе, так как значительную часть своего времени Буйневич проводил на заставах и приезжал в отдел только отчитаться, оформить оперативные документы, поприсутствовать на занятиях, партийных собраниях и служебных совещаниях. Насколько помнится, начальник ему это ставил в укор, в шутливой форме заявляя, что, кроме всего прочего, он должен подумать и о личной жизни, ибо Николай Михайлович был холостяком и проживал вдвоем с приехавшей с ним сестрой Тамарой.

Следует отметить, что зимой 1969 года, когда Уссури покрылась льдом, обстановка на участке 1-й заставы «Кулебякины сопки», 2-й «Нижне-Михайловка» и 3-й «Ласточка» стала крайне напряженной.

В предыдущие годы маоисты в провокационных целях нарушали государственную границу и устраивали драки с нашими военнослужащими, используя для этого палки, колья, ломы. В одной из таких стычек после подлого удара в затылок получил тяжелую травму головы начальник 2-й заставы И.И. Стрельников. В этой связи по предложению Н.М. Буйневича командованием пограничного отряда было принято решение о выделении отдельного военнослужащего для персональной охраны начальника заставы. По согласованию с особым отделом “телохранителем” Стрельникова стал прослуживший год рядовой Денисенко Анатолий Григорьевич, украинец, здоровенный парень, призванный из Белогорска Амурской области. Для сдерживания китайцев из числа физически сильных и подготовленных пограничников создавались группы, которые выходили на линию границы и, выдерживая оскорбления, удары, нападения, вытесняли нарушителей с советской территории. А когда действия китайцев становились наиболее дерзкими и массовыми, применялись рогатины. Они выставлялись перед строем для вытеснения китайцев.

В обязанности сотрудника Особого отдела участие в стычках на границе, задержании и выдворении нарушителей не входило. Но по своему характеру и пониманию роли и места военного контрразведчика в боевых условиях Николай Михайлович не мог быть в стороне от этих событий и вместе с рядовыми пограничниками и офицерами регулярно выходил на лед, где принимал участие в умиротворении китайских нарушителей. В последующем руководством особого отдела по пограничному округу Буйневичу было запрещено участвовать в этих стычках. Хотя Николай Михайлович в свое оправдание неоднократно убеждал своих начальников: “Стоит мне только раз во время провокаций остаться на заставе, авторитет особого отдела среди тех, кто бьется с китайцами, будет мгновенно утрачен и никогда не восстановлен”.

Рукопашная на границе. Фото из музея ФСБ

В январе 1969 года впервые отмечено появление китайцев с оружием. По-моему, именно в это время в одной из стычек нашими солдатами были отобраны у китайцев боевые карабины с загнанными в патронник патронами.

19 февраля 1969 года Генеральный штаб НОАК разрешил «ответные военные действия против Советского Союза». Фактически это был приказ о переходе к куда более масштабной и опасной провокации против соседнего государства.

Китайские пограничники перед провокацией, которую они готовят на 2 марта 1969 года

Фотограф и кинооператор Иманского ПО рядовой Николай Петров отвечал за фотодокументирование стычек советских пограничников с китайцами. На участке острова Даманский рядовой Петров оказался вместе со своим непосредственным начальником оперуполномоченным особого отдела старшим лейтенантом Николаем Буйневичем

2 марта, когда военнослужащие 2-й заставы были подняты по тревоге и тревожная группа во главе с начальником заставы И.И. Стрельниковым прибыла для разгона очередного “китайского спектакля” на льду Уссури, по ним был открыт огонь на поражение. В этой группе находился и Николай Михайлович Буйневич.

Этот снимок Николай Петров сделал фотоаппаратом “Зоркий-4” примерно в 11.10 (помимо фотографирования Петров производил съёмку кинокамерой). На снимке видно, как к нарушителям идёт наряд из трёх человек. В этой группе – начальник заставы ст. лейтенант Иван Стрельников, особист ст. лейтенант Николай Буйневич и рядовой Анатолий Денисенко. Ещё трое пограничников, вместе с фотографом, в некотором отдалении — за их спинами. А засада притаилась прямо и правее — на высоком берегу острова.

Последний снимок рядовой Петров сделал за минуту до расстрела советских пограничников. Чаще всего жест командира нарушителей трактуют как сигнал к началу действий, после которого китайцы разворачиваются и убегают, освобождаю линию огня на поражение… Пограничный наряд из 7 человек был расстрелян мгновенно. Сражённый автоматной очередью, Петров упал грудью в снег накрыв собою спрятанный за отворот полушубка фотоаппарат. Китайцы заберут кинокамеру, а фотоаппарат не заметят…

Об этих трагических событиях я узнал 3 марта, находясь в отпуске, и был потрясен гибелью товарища. 4 марта, получив срочную телеграмму с указанием немедленно прибыть к месту службы, я вылетел во Владивосток, а затем в Иман.

Прибыв в отдел, я узнал, что по заключению экспертов-медиков Стрельников, Буйневич и другие военнослужащие тревожной группы были зверски добиты штыками и выстрелами в упор, с них были сняты тулупы, валенки, шапки.

Похороны Ивана Ивановича Стрельникова и Николая Михайловича Буйневича состоялись в Имане в центральном парке. Создавалось впечатление, что проводить их в последний путь пришло все население города. Буквально через 10 дней такое же огромное скопление народа было на похоронах начальника погранотряда полковника Леонова и старшего лейтенанта Маньковского, погибших в районе о. Даманский 14–15 марта».

 

Из сообщений СССР: “На острове Даманском, немногочисленный отряд советских пограничников принял неравный бой со специально подготовленным для диверсий китайским батальоном, подло, под покровом ночи нарушившим советскую границу. Банда нарушителей была поддержана с китайского берега противотанковой батареей, тяжелыми минометами, гранатометами… Маоистские бандиты были разгромлены и изгнаны с советской земли. Но 29 советских солдат и два офицера пали смертью храбрых в бою за Родину”.

14 марта китайцы вновь заняли Даманский. И выбивать их пришлось значительно большими силами пограничников с привлечением частей Дальневосточного военного округа. Развернулось настоящее приграничное сражение с применением танков и артиллерии, как этого ни опасались политики. Ибо участие регулярной армии в боях с наступающими на государственную территорию подразделениями армии сопредельного государства — это не пограничный конфликт, а ВОЙНА. Пусть кратковременная, скоротечная, но война. Генеральным штабом была дана санкция на применение реактивных минометов «Град» . За считанные минуты китайские боевые порядки и тыловые районы базирования превратились в горящее, перемешанное с землей, трупами и дымящимся металлом кровавое месиво. Потери китайских провокаторов исчислялись тысячами солдат, сотнями единиц боевой техники. Война на Даманском прекратилась. Надолго. Навсегда”.

Из Указа Президиума Верховного Совета СССР от 21 марта 1969 г.
Наградить:
Старшего лейтенанта Буйневича Николая Михайловича (посмертно) Орденом Красного Знамени

Память о героически погибшем офицере военной контрразведки Николае Михайловиче Буйневиче увековечена. Его имя присвоено улице в селе Заборье Красногорского района Брянской области, где он родился, был установлен бюст контрразведчика-пограничника. После Чернобыльской трагедии бюст переустановлен в районном центре во дворе средней школы № 1 Красногорского района. В 1972 году железнодорожная станция Хунхуз Дальневосточной железной дороги в Пожарском районе Приморского края переименована в станцию Буйневич в его честь.

По материалам
книги:
“История военной контрразведки. СМЕРШ Империй” Автор Шаваев Андрей Гургенович
В боях за Поднебесную. Русский след в Китае. Окороков Александр Васильевич

Ведомственная медаль Департамента ВКР ФСБ России, “За службу Родине в Особых отделах” имеет аверсе изображение сотрудника Особого отдела КГБ СССР Буйневича Николая Михайловича. Жизнь и смерть оперативного работника Особого отдела Буйневича Н.М. объясняет почему его образ навечно связан со страницами славы ВКР..

Гулевич. Второй день весны…
а также Канала Записки истории… и других исторических сайтов

Смотреть фильм о событиях на Даманском

0