110 лет назад созданы КРО Русской армии

  от комментариев Комментарии к записи 110 лет назад созданы КРО Русской армии отключены

Жарким летом 1911 года Военный министр генерал В.А. Сухомлинов утвердил «Положение о контрразведывательных отделениях» и «Инструкцию начальникам контрразведывательных отделений». С этого началось создание системы военной контрразведки во всех военных округах в войсках.

От крохотного, глубоко законспирированного Разведочного отделения, созданного в 1903 году был сделан существенный шаг вперед в развитии военной контрразведки России. Читать полностью

0

Артузов А.Х. – один из первых руководителей Особого отдела ВЧК

  от комментариев Комментарии к записи Артузов А.Х. – один из первых руководителей Особого отдела ВЧК отключены

Артузов Артур Христианович

АРТУЗОВ Артур Христианович (Артур Евгений Леонард) [6(18).02.1891, с. Устиново Кашинского у-да Тверской губ. – 21.8.1937, Москва], деятель советских органов государственной безопасности, корпусной комиссар (1935). Настоящая фамилия Артура Христиановича Артузова, одного из основателей советской разведки и контрразведки, – Фраучи. Он родился в семье итальянского сыровара Христиана Фраучи, который приехал в Россию из Швейцарии в 1881 году. Мать будущего разведчика, Августа Августовна (урожденная Дидрикиль), имела латышские и эстонские корни. В многодетной семье Фраучи было шестеро детей, Артур был старшим. С детства Артур был знаком с революционерами-большевиками М.С. Кедровым и Н.П.  Подвойским, которые были женаты на сестрах матери, а с 1906 года участвовал в распространении нелегальной литературы. В мае 1909 года он окончил с золотой медалью Новгородскую классическую мужскую гимназию и вскоре поступил на металлургическое отделение Петербургского политехнического института. Свободно владел французским, английским, немецким и польским языками. После окончания института с отличием в феврале 1917 года работал инженером-проектировщиком в Металлургическом бюро известного ученого-металлурга В.Е. Грум-Гржимайло.

В декабре 1917 года Артур Фраучи вступил в Российскую социал-демократическую рабочую партию и по рекомендации Кедрова был принят в Управление по демобилизации армии и флота на должность секретаря отдела материально-технического снабжения. С марта 1918 года занимал должность секретаря Ревизионной комиссии Совнаркома РСФСР в Архангельске и Вологде, задачей которой было укрепление органов советской власти в крае, ликвидация контрреволюционных ячеек, создание надежных подразделений Красной армии.  Тогда же он взял псевдоним «Артузов», позднее превратившийся в фамилию. После начала иностранной военной интервенции на севере России, в августе–сентябре 1918 года Артузов командовал в партизанском отряде подрывниками, а затем был начальником инженерного отдела штаба Северного фронта. В 1918 году контрразведывательную деятельность в Красной армии осуществляли три независимых друг от друга структуры: регистрационная служба при Всероссийском главном штабе РККА, контрразведывательное отделение при Оперативном управлении Высшего военного совета и регистрационная служба при Морском генштабе. В конце мая 1918 года был создан еще один орган контрразведки – отделение Военного контроля при Оперативном управлении Наркомвоена.

После образования Реввоенсовета Республики (РВСР) все эти спецслужбы в сентябре 1918 года по решению руководства объединяются в отдел Военного контроля при Регистрационном управлении РВСР, который возглавил Кедров. Прибывший с ним из Архангельска Артузов был назначен начальником Военно-осведомительного бюро Московского военного округа, а в ноябре ему поручают руководить отделом Военного контроля.

На 2-й Всероссийской конференции Чрезвычайных комиссий по борьбе с контрреволюцией, спекуляцией и саботажем, состоявшейся 28 ноября 1918 года, было принято решение организовать при всех фронтах и армиях фронтовые и армейские ЧК и предоставить им право назначения отдельных комиссаров в ту или иную воинскую часть.

19 декабря 1919 года решением Бюро ЦК РКП(б) деятельность ВЧК и Военного контроля были объединены. Новый орган военной контрразведки получил название – Особый отдел. В нем сосредоточились вопросы борьбы со шпионажем и контрреволюцией. Первым руководителем Особого отдела ВЧК был назначен Михаил Кедров, а Артур Артузов – особоуполномоченным отдела. В этой структуре Артур Христианович проработал более двух лет, последовательно занимая должности заведующего оперативным отделением, помощника начальника отдела, заместителя начальника отдела.

В феврале 1922 года на основе принятого решения IX Всероссийского Съезда Советов Постановлением ВЦИК ВЧК была упразднена и на ее базе образовано Государственное политическое управление (ГПУ, с 1923 года – Объединенное государственное политическое управление при СНК СССР). В июле 1923 года А.Х. Артузов возглавил Контрразведывательный отдел (КРО), целью которого являлась борьба со шпионажем, белогвардейской контрреволюцией и заговорами, бандитизмом, контрабандой и незаконным переходом границы.

На посту Артузов находился более пяти лет. За это время он руководил и принимал непосредственное участие в проведении ряда чекистских операций, закончившихся полным разгромом белогвардейского подполья в стране и вошедших в учебники по контрразведке.

Одной из таких контрразведывательных операций стала операция «Трест». Операция началась в 1921 году. Ее предысторией стала поездка высокопоставленного чиновника Наркомата внешней торговли А.А. Якушева за границу. Во время командировки он имел контакты с представителями Белой эмиграции, о чем стало известно чекистам. По возвращению Якушев был арестован. Артузову удалось склонить Якушева принять участие в многоходовой операции ВЧК против Белого движения за границей и противников советской власти внутри страны, возглавив фиктивную организация антибольшевистского подполья «Монархическое объединение Центральной России» (МОЦР). Кураторами операции стали А. Артузов и начальник 14-го отделения Особого отдела В. Стырна.

В ходе операции чекисты предполагали решить несколько задач. Во-первых, привлечь в МОЦР как можно больше сочувствующих Белому движению внутри страны и тем самым поставить их под контроль; во-вторых, установить связь с эмигрантскими центрами за рубежом и попытаться разложить их; в-третьих, выйти на контакт с иностранными разведками и выявить их агентуру.

За пять лет, которые длилась операция, чекистам удалось полностью решить все задачи: были захвачены важные участники антисоветского движения, значительно понижен уровень активности террористических групп белой эмиграции, проведены мероприятия по дезинформации западных спецслужб. Особо следует отметить вывод в Россию и арест известного английского разведчика С. Рейли и организацию поездки по городам Советского Союза влиятельного деятеля Белого движения В.В. Шульгина. В 1967 году режиссером С.Н. Колосовым был снят четырехсерийный художественный исторический фильм «Операция “Трест”», в котором рассказывается об этой удачной операции советских контрразведчиков.


Кадр из фильма «Операция «Трест». В роли А.Х. Артузова (в центре) Армен Джигарханян

Одновременно с «Трестом» проводилась еще одна операция также с использованием фиктивного подполья в России. В августе 1924 года советская пресса опубликовала официальное сообщение, привлекшее внимание крупнейших информационных агентств мира. «В двадцатых числах августа, – говорилось в нем, – на территории Советской России ОГПУ был задержан… Борис Викторович Савинков, один из самых непримиримых и активных врагов рабоче-крестьянской России (Савинков задержан с фальшивым паспортом на имя Степанова В.П.)»

Это сообщение в кратких словах подытоживало сложную и смелую операцию чекистов, которые «выманили» Савинкова вместе с несколькими его сподвижниками из-за границы и арестовали.

План по вовлечению известного террориста Бориса Савинкова в подпольную антисоветскую деятельность под наблюдением спецслужб разрабатывался чекистами в 1922 году. Вскоре после создания КРО было подготовлено циркулярное письмо «О савинковской организации». В нем рассматривался вопрос о новом методе контрразведывательной работы – создании легендированных организаций. Операция «Синдикат-2» проводилась параллельно с аналогичной операцией «Трест», направленной на ликвидацию монархического подполья. В ее подготовку и проведение были вовлечены начальник КРО А.X. Артузов, его заместитель – Р.А. Пилляр и помощник – С.В. Пузицкий, а также личный состав 6-го отделения КРО.

В соответствии с планом операции за границу должен был отправиться секретный сотрудник под видом члена центрального комитета фиктивной партии «Либеральные демократы» с целью убедить Савинкова в существовании дееспособной подпольной организации в СССР и склонить его к сотрудничеству. В качестве такого сотрудника был задействован старший оперативный уполномоченный КРО А.П. Федоров. Он несколько раз выезжал в Варшаву и Вильно, где встречался с руководителями местных отделений савинковского «Народного союза защиты родины и свободы» (НСЗРиС). В результате умелых действий по их дезинформации удалось убедить Савинкова выехать в СССР, чтобы возглавить деятельность подпольной организации. В августе 1924 года он с группой ближайших помощников выдвинулся в СССР. 15 августа они перешли границу через подготовленное ОГПУ «окно», добрались до Минска, где на конспиративной квартире были арестованы и отправлены в Москву. 18 августа их поместили во внутреннюю тюрьму ОГПУ. Военная коллегия Верховного суда СССР 29 августа 1924 года приговорила Б.В. Савинкова к высшей мере наказания – расстрелу, замененному лишением свободы на 10 лет. По официальной версии, 7 мая 1925 года в здании ВЧК на Лубянке Савинков покончил жизнь самоубийством. Воспользовавшись отсутствием оконной решетки в комнате, где находился по возвращении с прогулки, он выбросился из окна пятого этажа во двор.

За время проведения операции была выявлена большая часть «савинковцев», ведущих подпольную работу на территории СССР, ликвидированы ячейки НСЗРиС в Смоленской, Брянской, Витебской, Гомельской губерниях, на территории Петроградского военного округа, уничтожены савинковские резидентуры в Москве, Самаре, Саратове, Харькове, Киеве, Туле, Одессе. Проведено несколько крупных судебных процессов.

Летом 1927 года Артузов по совместительству был назначен 2-м помощником начальника Секретно-оперативного управления ОГПУ Генриха Ягоды.

В 1930 году А.X. Артузов переходит на работу во внешнюю разведку. Где с 1 января 1930 года назначен заместителем начальника Иностранного отдела (ИНО) ОГПУ, а 1 августа 1931 года – начальником ИНО и члена Коллегии ОГПУ.

При нем полномочия ИНО значительно расширились, был также увеличен штат отдела. Структурно ИНО увеличился до восьми отделений. За время руководства Артузовым, ИНО ОГПУ провел десятки операций, в ходе которых задействовались десятки кадровых сотрудников и сотни агентов.


А.Х. Артузов в рабочем кабинете

В начале 30-х годов ощутимых успехов добился ИНО в Англии, где активно действовала нелегальная резидентура, в состав которой входили такие опытные разведчики, как А.Г. Дейч, Т.С. Малли, И.Я. Рейф. Именно они привлекли к сотрудничеству с советской разведкой так называемую «кембриджскую пятерку» (Ким Филби, Гай Берджес, Дональд Маклин, Энтони Блант, Джон Кернкросс). Проведена большая работа по проникновению в шифровальную службу Форин-офис (министерство иностранных дел Великобритании). В 1930 году разведчиком-нелегалом Д.А. Быстролетовым был завербован шифровальщик Управления связи МИД Эрнест Холлоуэй Оулдхэм. С его помощью были получены не только новые шифры, но и установочные данные на его сотрудников.

Тогда же по инициативе А.Х. Артузова советской разведкой, в целях пресечения деятельности спецслужб Великобритании против СССР, а также продвижения в правящие британские круги направленной информации по вопросам внешней политики и внутреннего положения СССР начата операция «Тарантелла». Благодаря отлично налаженной работе легендированной агентурной сети, созданной советскими органами госбезопасности, на протяжении двадцати лет сотрудники Секретной разведывательной службы (СИС) снабжались информацией, выгодной Советскому Союзу.

Важным направлением работы советской разведки стало германское направление. Сотрудниками Артузова была создана агентурная сеть, поставлявшая советскому руководству ценные сведения о происходивших событиях в пришедшей к власти Национал-социалистической партии Германии, а также о деятельности ряда государственных органов и специальных служб. В 30-е годы там работали такие известные разведчики, как Б.Д. Берман, Б.М. Гордон, К.В. Гурский, В.М. Зарубин. А из наиболее известных агентов, привлеченных к сотрудничеству с ИНО в этот период, можно назвать руководящего сотрудника отдела контрразведки гестапо Вилли Лемана (псевдоним – «Брайтенбах»).

В 30-е годы внешняя разведка начала систематическую работу в США. В 1933 году в Нью-Йорк в качестве легального резидента прибыл кадровый сотрудник разведки П.Д. Гутцайт, а в 1934 году – нелегальный резидент Б.Я. Базаров (Шпак). В США работали такие опытные разведчики, как И.А. Ахмеров, В.Б. Маркин и другие. Главной задачей, стоявшей перед сотрудниками ИНО в США, был сбор сведений об отношении правящих кругов Вашингтона к СССР и европейской политике, а также сбор научно-технической и экономической информации.

С приходом А.X. Артузова в августе 1931 года к руководству Иностранным отделом ОГПУ, активизировалась работа внешней разведки по одному из давних противников советских органов государственной безопасности – Русскому общевоинскому союзу (РОВС), в руководстве которого внешняя разведка имела своего агента – генерала Н.В. Скоблина, завербованного в сентябре 1930 года. Достаточно осведомленный, он информировал Москву обо всех планах белой эмиграции.

В начале 1930-х годов была проведена крупная операция по внедрению техники прослушивания в находившуюся в Париже штаб-квартиру организации. Для проведения операции задействовали одного из видных представителей русской эмиграции во Франции С.Н. Третьякова, привлеченного к сотрудничеству с советской внешней разведкой еще в 1929 году. Штаб-квартира РОВС находилась в доме, принадлежавшем семье Третьякова, что позволило установить там соответствующую аппаратуру. С января 1934 года началось постоянное прослушивание разговоров, ведущихся в штабе РОВС, в том числе и в кабинете его председателя. В результате операции ИНД («Информация наших дней») разведка была в курсе почти всех планов по организации работы, замыслов и настроений отдельных белоэмигрантских лидеров.

Значительное место в деятельности внешней разведки занимали и страны Востока: Афганистан, Иран, Китай и Япония. В Китае разведывательная работа велась главным образом через легальные резидентуры, которых было около 20 (в Пекине, Харбине, Шанхае, Тяньцзине, Нанкине, Ханькоу и ряде других). Действовали в это время в Китае п разведчики-нелегалы. Так, в октябре 1930 года в Маньчжурию под видом русского эмигранта был направлен Р.И. Абель. С 1933 года в Китае работал И.А. Ахмеров, прибывший туда как турецкий студент-востоковед.

Работа на территории Японии была осложнена жестким контрразведывательным режимом и спецификой местных условий. Однако в 1934 году резиденту ИНО в Токио Б.И. Гудзю удалось завербовать жандармского офицера, от которого был получен разработанный в 1932 году японским генеральным штабом стратегический план «Оцу», предполагавший развертывание на советской границе крупной армейской группировки для действий против СССР.

В мае 1934 года на повестке дня у советского руководства встал вопрос о повышении эффективности работы ИНО ОГПУ и военной разведки – IV управления (разведывательного) Штаба РККА, улучшении координации их деятельности. В результате была создана постоянная комиссия в составе начальников этих органов, на которую возлагались разработка и согласование общего плана разведывательной работы за границей, обмен опытом, взаимная информация о провалах, тщательное изучение их причин. 25 мая 1934 года Артузов был вызван в Кремль к И.В. Сталину, где уже находились наркомы К.Е. Ворошилов и Г.Г. Ягода. К этому моменту Артузов имел огромный опыт, провел ряд блестящих операций и являлся специалистом высшего класса по руководству закордонной разведкой, равного которому не было ни в Разведупре, ни в ИНО. Обстоятельная беседа длилась шесть часов. Для лучшего взаимодействия разведок Артузову предложили занять по совместительству должность заместителя начальника IV управления. При назначении он оговорил право взять с собой туда ряд сотрудников ИНО ОГПУ, в числе которых наиболее крупными фигурами были Ф.Я. Карин и О.О. Штейнбрюк.

В июне 1934 года Артузов представил Сталину и Ворошилову подробный доклад об агентурной работе Разведупра, с анализом ошибок и провалов. В нем отмечалось, что нелегальная агентурная военная разведка практически перестала существовать в Италии, Латвии, Румынии, Франции, Эстонии, и сохранилась лишь в Германии, Польше, Китае и Маньчжурии. Серьезной ошибкой он считал использование агентуры из числа зарубежных коммунистов и лиц, связанных с компартиями. По докладу Артузова было разработано и введено в действие «Положение о прохождении службы в РККА оперативными работниками разведорганов», введенное в действие приказом наркома обороны от 19 июля 1934 года № 006. Данное положение значительно поднимало их статус, давало возможность обучаться в военных академиях, улучшало жилищные условия.

В июле 1934 года система органов госбезопасности СССР претерпела кардинальную реорганизацию. Постановлением ЦИК СССР от 10 июля 1934 года на базе ОГПУ при СНК СССР образуется Народный комиссариат внутренних дел (НКВД), наркомом которого стал бывший заместитель председателя ОГПУ Ягода. В результате реорганизации ранее самостоятельные оперативные чекистские подразделения ОГПУ, в том числе ИНО, были объединены в Главное управление государственной безопасности (ГУГБ) НКВД СССР. Реформы коснулись и военной разведки. В ноябре 1934 года IV управление было переведено в прямое подчинение наркому обороны и переименовано в Разведывательное управление РККА.

В мае 1935 года Артузова полностью освобождают от обязанностей начальника ИНО и переводят в особый резерв НКВД в связи с переходом на основную работу в Разведупр, где он был утвержден первым заместителем начальника. Начальником Разведупра вскоре был назначен старый член партии и участник Гражданской войны С.П. Урицкий, имевший к разведке косвенное отношение.

Как и в ИНО, в Разведупре РККА были свои герои. Почти все они подготовку к агентурной работе за рубежом проходили под руководством Артура Христиановича. Именно он в 1935 году готовил в зарубежную командировку Я.П. Черняка, возглавившего крупнейшую агентурную сеть, охватывавшую несколько стран Европы. Принял Артузов в штат Разведупра и Хаджи-Умара Мансурова, ставшего впоследствии легендарной фигурой военной разведки. Способствовал Артур Христианович упрочению положения в Японии выдающегося советского разведчика Рихарда Зорге. Под руководством Артузова работали такие известные разведчики как Шандор Радо и Рудольф Гернштадт.

На посту заместителя начальника Разведупра А.Х. Артузов проработал чуть более двух лет. Казалось бы, что при таких лидерских качествах, таланте организатора, глубочайших знаниях, огромном практическом опыте, уважении подчиненных дальнейший служебный рост обеспечен. Между тем, события развивались по совершенно другому сценарию. В 1936 году начинается период так называемого «большого террора». Теряет руководящее кресло бывший начальник Артузова Ягода. Необходимо отметить, что и раньше взаимоотношения военных и чекистов никогда не были безоблачными. А после ухода Ягоды началось прямое выживание из Разведупра Артузова и пришедших с ним работников. Не выдержав откровенной травли, Артузов написал письмо Урицкому, в котором высказался о недопустимости сложившейся ситуации. Письмо было написано 20 декабря 1936 года, а через три недели, 11 января 1937 года, по предложению Ворошилова ЦК Политбюро ВКП(б) принимает решение об освобождении Артузова от работы в Разведупре и направлении его в распоряжение НКВД, где его назначают научным сотрудником 8-го (Учетно-регистрационного) отдела ГУГБ.

На партийном активе в НКВД 13 мая 1937 года один из новых руководителей наркомата М.П. Фриновский обозвал Артузова шпионом, и в тот же день Артузов был арестован в своем рабочем кабинете по ордеру. Обвинения предъявлялись по статьям 58-6 (шпионаж), 58-8 (террор) и 58-11 (участие в контрреволюционной заговорщической организации внутри НКВД). Приказом народного комиссара внутренних дел СССР Н.И. Ежова от 8 июля 1937 года № 1138 уволен со службы. Следствие по делу Артузова вел начальник Секретариата НКВД комиссар госбезопасности 3 ранга Я.А. Дейч, СССР.

___________________________________

Я.А. Дейч

Допрашивал легендарного контрразведчика лично начальник Секретариата НКВД Яков Абрамович Дейч. Он прекрасно знал подследственного и не мог не понимать, что обвинения Артузова в измене и шпионаже – сущий бред. В некоторых допросах Артузова принимал участие человек на Лубянке новый, заместитель Дейча Исаак Ильич Шапиро, который ранее в НКВД никогда не служил, был  помощником секретаря ЦК ВКП(б) Николая Ивановича Ежова, который привел его с собою. 

Однако первый протокол впервые лишь 27 мая, после того как Артузов подписал признательные показания, после двухнедельного сопротивления моральному, психическому и физическому воздействию, когда он категорически отказывался признать себя виновным в предъявленных ему обвинениях.

На первых допросах Артузов категорически отрицал свое участие в контрреволюционных организациях. Однажды он на обороте тюремной квитанции начал писать собственной кровью записку следователю, пытаясь убедить того в своей невиновности фактами. Но дописать ему не дали. Позже, после применения «физических методов воздействия», подписал протокол допроса с признанием своей вины.


Записка Артура Артузова, написанная в камере кровью.

На основании всего лишь допросов (двух – официально) комиссар госбезопасности третьего ранга Яков Дейч превратил корпусного комиссара РККА Артура Артузова в многолетнего шпиона сразу четырех (!) разведок – французской, немецкой, английской, польской.

Должно быть, кто–то наверху сказал Дейчу «хватит», иначе он завербовал бы своего подследственного еще в несколько европейских, и не только, спецслужб.

Кроме того, он сделал Артузова активным участником заговора в НКВД во главе с бывшим наркомом Ягодой.

Примечательно, что Дейч «доказал», точнее, добился «признания» шпионажа Артузова в пользу тех именно стран, чьи разведки тот в действительности наиболее успешно громил, чьи агентурные сети и гнезда ликвидировал до основания и, наоборот, в важные центры которых внедрял своих нелегалов и агентов.

_________________________________________________

20 августа 1937 года в числе 38 человек включен по 1-й категории в расстрельный список. Расстрелян на следующий день вместе с фигурантами списка. Тела казненных были сожжены в крематории Донского монастыря. Определением Военной коллегии Верховного суда от 7 марта 1956 года он был реабилитирован.

 


Список лиц, подлежащих суду Военной коллегии Верховного Суда Союза ССР. Москва – Центр.

За свою деятельность Артур Христианович Артузов был награжден двумя орденами Красного Знамени, знаком «Почетный работник ВЧК-ГПУ (V)», знаком «Почетный работник ВЧК-ГПУ (XV)», знаком «Почетный чекист» МНР, наградным оружием. Однако итог его жизни был совсем иной, чем он того заслуживал. Не случайно писатель-документалист Т.К. Гладков, биограф корифея советской разведки, свою книгу о нем озаглавил так – «Награда за верность – смерть».

Всей своей деятельностью, направленной на защиту Отечества от внутренних и внешних врагов, Артур Артузов, по праву, заслужил славу, любовь и уважение нашего народа. В Российской Федерации чтут его память. 19 ноября 2014 года в Санкт-Петербургском политехническом университете состоялась церемония открытия мемориальной плиты Артура Артузова. 25 июня 2017 года на Пролетарской площади города Кашин Тверской области был открыт ему памятник.


Памятник А.Х. Артузову. Авторы: А. Таратынов и А. Алиев.
Открыт 25.6.2017 г. Тверская обл., г.  Кашин

Юрий Алексеев,
старший научный сотрудник Научно-исследовательского
института военной истории ВАГШ ВС РФ

Источник: Сайт Минобороны России

0

3 февраля – создание Разведочного отделения

  от комментариев Комментарии к записи 3 февраля – создание Разведочного отделения отключены

3 февраля 1903 года в структуре Главного Штаба Русской императорской армии  было создано глубоко законспирированный орган военной контрразведки – Разведочное отделение.  Военный министр генерал от инфантерии Алексей Куропаткин представил доклад о его необходимости императору Николаю II.

На докладе русский царь собственноручно начертал “Согласен”.  Разведочное отделение было создано в Санкт-Петербурге офицерами Главного Штаба  и Отдельного корпуса жандармов имеющими опыт контрразведки.  Возглавил его ротмистр Владимир Лавров у которого в подчинении был лишь 21 сотрудник, но этот орган добился ярких результатов в тайной войне, о чем необходимо рассказать в отдельной публикации. 

Читать полностью

0

НЕШТАТНЫЙ МУЗЕЙ ОСОБОГО ОТДЕЛА

  от комментариев Комментарии к записи НЕШТАТНЫЙ МУЗЕЙ ОСОБОГО ОТДЕЛА отключены

Этот музей вы не найдете ни в одном путеводителе Северной столицы. Но даже если и узнаете о его существовании, то все равно не сможете  туда попасть. Почему? Все просто. Музей находится на территории воинской части ЗВО. А посвящен он самым настоящим тайнам ВЧК-КГБ: спецоперациям, агентам, расследованиям. Реальным, а не придуманным. Корреспондент «На страже Родины» побывал в закрытом музее и готов приоткрыть секретную завесу.

В атмосфере  таинственности

Музей называется «Комната Боевой славы военной контрразведки» Западного военного округа. Он открылся к 100-летнему юбилею ВКР 19 декабря 2018 года и  представляет собою экспозицию, охватывающую широкий временной диапазон с момента формирования органов военной контрразведки в России до настоящего времени. Для погружения в историю в музее создана атмосфера таинственности, полумрак. Уже в момент входа посетителей часть подсветки зала отключается, а на экране начинается демонстрация документального фильма. Он коротко раскрывает  основные вехи создания и развития органов контрразведки в армии.

Наша справка

  20 декабря 1917 года была образована Всероссийская чрезвычайная комиссия по борьбе с контрреволюцией и саботажем (ВЧК) во главе с Ф.Э.Дзержинским. Через год – 19 декабря  на основании решения комиссии из состава ВЧК и Реввоенсовета создается Особый отдел при Петроградском военном округе. Его первым руководителем назначается Николай Комаров. В 1921 г. Особый отдел выводится из состава Петроградской ЧК и становится отдельным органом. Уже через год за заслуги перед Советской Родиной в годы Гражданской войны Особый отдел награждается орденом Красного Знамени.   

Экран гаснет. Под ним размещен «Портал раритетов» – подлинных предметов, связанных с военной контрразведкой, каждый из которых несет в себе символический смысл, отражающий различные грани ее работы. В их числе: телефонный аппарат,  старинная печатная машинка, осколки мин и снарядов, хранящие память о мужестве защитников Москвы и Ленинграда, трофейный стул из Рейхканцелярии и другие предметы. На подставке – форма служившей в годы блокады Ленинграда сотрудницы наружного наблюдения контрразведки «СМЕРШ». Рядом послужная карточка другого «смершевца» Бориса Пидемского, запечатлевшая удивительную судьбу этого человека. Завершает этот ряд кожаный мяч с ЧМ-2018, подаренный сотрудникам Управления. Он стал наградой  и знаком благодарности контрразведчикам за их вклад в обеспечение безопасности футбольного праздника всего мира.

  Первым страницам истории отдела посвящен материал на центральной экспозиции.  На ней есть имена, фотографии руководителей организации, призванной противодействовать проникновению иностранных спецслужб и   шпионов в ряды Красной армии. Любопытно, что в Петрограде Особый отдел начал работать раньше, чем в Москве. К практической работе особисты из состава военной группы ВЧК Московского военного округа приступили в январе 1922 г. Возглавил отдел Филипп Медведь. В феврале 1922 г. ВЧК было упразднено и образовано Государственное политическое управление (ГПУ) при НКВД РСФСР.  В специальном документе «Задачи Особого отдела ГПУ» от 9 марта 1922 г. первыми из них обозначены:  «Борьба с контрреволюцией и разложением в Красной армии и во флоте; Борьба со шпионажем во всех его видах (разведывательным и вредительным), направленным против интересов РСФСР, как со стороны иностранных государств и их отдельных партий, так и со стороны русских контрреволюционных партий и групп». Положение определяло не только круг задач Особого отдела, но и его структуру, полномочия. Они создавались в  каждом военном округе, в дивизиях – отделения.

Из Петрограда-Ленинграда проводились многие известные операции советских чекистов по противодействию спецслужбам Антанты, Абвера, БНД, ЦРУ, иным органам, вошедшие в учебники. По ним создано немало художественных произведений. Информацию об этом можно узнать в музее.

В блокадном Ленинграде

Умелой и результативной работе военных чекистов Северо-Запада в музее   посвящена отдельная экспозиция. На ней есть десятки имен тех, кто боролся с врагом. В том числе и с внутренним. В блокадном городе действовали нечистые на руку дельцы, которые подделывали карточки,  занимались приписками, сеяли панику. Борьбу с ними вела не только милиция, но и органы контрразведки.

Но главное, в условиях блокады СМЕРШ удалось переиграть группировку Абвера: нейтрализовать попытки врага проникнуть в руководящие органы Ленфронта, вести успешную зафронтовую работу, обеспечить скрытность и неожиданность операции по прорыву блокады города. Об одном  из самых ярких эпизодов такой деятельности мне рассказал руководитель ветеранской организации  полковник в отставке Анатолий Конташов. Используя «раскрытых» агентов-радистов, контрразведчики совместно с командованием провели акцию по дезинформации противника. На протяжении трех месяцев до начала операции «Искра» в разведцентр группы армии «Север» передавались подготовленные штабом Волховского фронта ложные данные о  передвижении наших войск. Эти сведения подкреплялись соответствующими маневрами. В результате противник был введен в заблуждение, что помогло в операции по прорыву блокады. По показаниям взятых в плен гитлеровцев, наступление наших войск в январе 1943 г. оказалось для них неожиданностью. 1275 офицеров и других штатных сотрудников СМЕРШ Северо-Западного направления пали смертью храбрых. Они отдали свои жизни в борьбе за свободу и независимость нашей Родины.

Портал времени

 Чтобы рассказать о разных этапах истории контрразведки в довольно скромном по размерам помещении создатели реализовали оригинальную концепцию. Каждый «Стенд периода» стилизован под шкаф архива и сообщает о конкретном историческом этапе, который указан на «папках» и экране. К нему примыкают боковые витрины, где находятся   подлинные свидетели – экспонаты той эпохи, о которой идет речь. «Архив» – это своеобразный портал времени. Если его открыть, то посетитель попадает в прошлую эпоху. Внутри – рабочее место оперработника, вокруг – описание событий, персоналий, операций «супостата» и наших контрмер, документы, схемы и карты округов. Возле некоторых номер и QR код. По номеру на верхнем экране можно вызвать информацию и видеофрагменты с помощью обычного смартфона.  В стенды архива встроены ящики, где в папках с надписью «Гриф секретности снят» находятся копии уникальных документов, рассказы о судьбах контрразведчиков. К  предметам свободный доступ, их можно рассматривать, листать. Каждый стенд «отзывчив». Когда посетители подходят к нему, то посредством датчика срабатывает подсветка раритетов из коллекции. Над всеми стендами проходит «Линия времени», где показаны оргштатные изменения в органах военной контрразведки.

Как пояснил мне один из инициаторов создания музея и его нештатный директор Александр Бондаренко замысел «Линии времени» в том, чтобы объединить различные периоды истории и подчеркнуть преемственность развития органов. Факты, биографии и описания событий, соединены главной идеей – в любой период, при любом строе военная контрразведка всегда защищает Родину и ее главный щит – Вооруженные Силы. Благодаря такой концепции  можно ознакомиться с  периодом возникновения органов контрразведки в России.

Наша справка.  Военная контрразведка впервые была  организационно оформлена в виде Высшей военной полиции в 1812 г. Отсюда шли директивы жандармским управлениям и армейским комиссиям по борьбе со шпионами.  В 1903 г. указом императора создано Разведочное отделение Главного управления Генерального штаба.  В ее задачи входила борьба  с влиянием иностранных агентов, исключение утечек закрытой информации, разоблачение  «кротов».

Изнанка революции

На стенде под таким названием раскрыта деятельность русской контрразведки накануне Русско-японской войны. Ее ярким представителем стал генерал А.Д. Нечволодов. Он  начинал путь офицером Генерального штаба. Занимался  выявлением каналов снабжения террористов оружием. Со временем вышел на тайные центры, управляющие разрушением Российского государства. Одним из них был генштаб японской армии. Он направил в Россию мастера разведочно-подрывной деятельности полковника Акаси. У него была важная задача – расколоть страну изнутри руками ее собственных подданных. Основную ставку Акаси сделал на эсеров и национальные освободительные движения. В музее на стенде размещена фотография Юзефа Пилсудского, который получил от японцев крупную сумму на финансирование польских революционеров. Акаси «подкармливал» деньгами представителя финской оппозиции – Конрада Циллиакуса. Чтобы сплотить разрозненные силы воедино, возникла идея созвать за границей первую подобного рода конференцию. Ее проведение полностью оплатил Акаси. Общая сумма «пожертвований» Японии на развал императорской России оказалась равна стоимости небольшого крейсера, утверждает  Петр Падалко, профессор университета Аояма Гакуин (Токио). Эффект же превзошел ожидания. Россия проиграла Японии.

В период Первой мировой войны контрразведчики вели борьбу с коррупцией в снабжении армии. С помощью интерактивного «Отдела тайнописи»  можно узнать суть дела о шпионстве Мясоедова и Сухомлинова, влиянии иностранных разведок в канун  эпохи  революции 1905-1907 гг. и 1917 г.

Не имеющий аналогов

Музей создан по инициативе и благодаря стараниям ветеранов военной службы. Цель – укрепление положительного образа военной контрразведки, популяризация ее задач, достижений и героики. Он предназначен широкому кругу посетителей: военнослужащим, учащейся молодежи, призывникам. Создавая его, инициаторы изначально стремились использовать самые современные методики и цифровые технологии. И нужно отметить, что это им удалось в полной мере. В музее очень интересно и познавательно. Я  провел в небольшом помещении  более трех часов и подчас не мог оторваться от стендов, задавая хозяевам все новые и новые вопросы.

В рабочую группу по реализации проекта, одобренного на заседании Совета ветеранской организации Управления ФСБ РФ по ЗВО три года назад, вошли ветераны А. Конташов, А. Бондаренко, П. Горбач, А. Волокитин, С. Поддубский, С. Максаков, Л. Тетусь, Ю. Карапетян. Большую техническую и материальную поддержку оказал бизнесмен и меценат Кирилл Дьяковский, который привлек к делу и талантливого «музейщика» Никиту Сазонова. Активная созидательная работа велась благодаря личному вниманию к ней первых лиц руководства Управления ФСБ РФ по ЗВО, энергии и энтузиазму кадрового аппарата, бескорыстной помощи сотрудников.  В ходе воплощения задуманного, появились другие добровольные помощники. Они не только помогали материально, но и передавали личные вещи, документы, фотографии из семейных архивов. Сегодня в музее находится более двух сотен уникальных предметов. И коллекция продолжает пополняться. У «Стены славы» расположена Книга почета Управления, куда навечно занесены имена наиболее достойных представителей службы. В витринах собраны награды ветеранов, позволяющие гордится причастностью к  контрразведке. На экране, вырезанном в форме контура Западного военного округа, можно увидеть имена и портреты руководителей органов в разное время,  офицеров, павших в Афганистане и в других горячих точках. В их числе, например, служившие в частях на территории Западного ВО Герой Советского Союза Б.И. Соколов, Герой Российской Федерации С.С.Громов (удостоенный звания посмертно),  Герой Российской Федерации А.В. Шуляков  и другие.

А как же секретность?

   В музее достаточно материалов, которые касаются недавних событий. Например, разоблачений шпионов в 90-ые и нулевые года нового века. Вряд ли уместно раскрывать методы, благодаря которым они были раскрыты.  Вот как ответил на этот вопрос Александр Бондаренко.

– Новые технологии и предлагаемый «слоевой» метод экспозиции позволяют с учетом целевой группы посетителей, открывать ее на нужную глубину и при необходимости показывать даже узкоспециальные материалы. Или наоборот, не раскрывать. При формировании электронной версии «Виртуального музея» использованы только общедоступные документы.

А в целом, как рассказал Александр Кириллович, наличие виртуальной версии позволит с помощью ограниченных средств и далее развивать экспозицию, наполнять ее новыми материалами, совершенствовать работу по повышению авторитета профессии военного контрразведчика. Он поделился еще одной новостью. В канун профессионального праздника руководством принято решение выделить под музей более просторное помещение. Нет сомнений, он быстро заполнится новыми экспонатами. Ведь без работы современным контрразведчикам сидеть не приходится. Незримая война, ведущаяся сегодня с Россией, продолжается.

Сергей Мартынкевич

На снимках:  «Стенд периода»; фрагмент центральной экспозиции; Как художник Вячеслав Васильев задержал нарушителя границы – рассказывает экспонат.

фото автора

 

Наша справка

Интересно, что на первых порах сотрудники Особых отделов работали в войсках, но сами при этом могли не иметь воинских званий.  В 1935 г. Постановлением ВЦИК для них вводятся специальные звания. Как в Красной армии: от сержанта до комиссара 1 ранга. В 1936 г. издается совместный приказ Наркомата обороны и НКВД, который разрешал использование форменной одежды, знаков различия тех частей, где оперативные работники несли службу. Документы обозначили их задачу:
«1. Борьба с изменой родины, шпионажем, попытка диверсии иностранных разведок и к.-р. элементов в укрепленных районах, на военно-оборонительных сооружениях, складах, аппаратах и т. д.; террором и повстанчеством, организуемым иностранными и зарубежными к.-р. центрами.

  1. Предупреждение и пресечение всякого рода деятельности к. — рев. элементов и иностранных разведок в РККА и РККФ;
  2. Недопущение в ряды РККА и РККФ… кулацких и других классово враждебных элементов».

Нештатный музей Особого отдела газета “На страже Родины” 18.12.2020

Благодарим главного редактора газеты “На страже Родины” Сергея Антоновича Мартынкевича за прекрасно подготовленный материал к нашему празднику!

0

Как добавить информацию

Память народа https://foto.pamyat-naroda.ru/detail/848500

Память народаhttps://pamyat-naroda.ru/heroes/

Подвиг народа http://podvignaroda.ru

Раскрасить искусственный интеллект мейл ру https://9may.mail.ru/restoration/

0

Создание и деятельность ГУК «СМЕРШ»

  от комментариев Комментарии к записи Создание и деятельность ГУК «СМЕРШ» отключены

А.А. Зданович

Создание и деятельность Главного управления контрразведки «СМЕРШ»

Еще осенью 1942 г., стремясь усилить обеспечение безопасности Красной армии, члены ГКО поручили наркомату внутренних дел, а конкретно Управлению особых отделов, более четко и однозначно формулировать задачи органов военной контрразведки.

Во исполнение данного поручения во второй половине октября 1942 г. за подписью Л.П. Берия в ГКО был представлен пакет документов, включавший проект постановления Государственного Комитета Обороны, справку о штатной численности особых отделов НКВД СССР; список начальников отделов фронтов, армий, военных округов, флотов и флотилий. В проекте упомянутого выше постановления ГКО были прописаны задачи военной контрразведки, вытекающие из складывающейся обстановки. В пункте втором проекта предусматривалось, в частности, обязанность начальников особых отделов своевременно информировать командование обо всех имеющихся материалах на командно-начальствующий и рядовой состав, а также о выявленных недостатках.

По неизвестным причинам предполагавшееся постановление ГКО не состоялось, однако разработанный план лег в основу тех радикальных решений, которые были приняты уже весной 1943 г.

Об истории создания Главного управления контрразведки «СМЕРШ» Открыть и скачать в формате pdf” – Доклад на заседании Научного совета Российского военно-исторического общества.

  Еще осенью 1942 г., стремясь усилить обеспечение безопасности Красной армии, члены ГКО поручили наркомату внутренних дел, а конкретно Управлению особых отделов, более четко и однозначно формулировать задачи органов военной контрразведки. Во исполнение данного поручения во второй половине октября 1942 г. за подписью Л.П. Берия в ГКО был представлен пакет документов, включавший проект постановления Государственного Комитета Обороны, справку о штатной численности особых отделов НКВД СССР; список начальников отделов фронтов, армий, военных округов, флотов и флотилий. В проекте упомянутого выше постановления ГКО были прописаны задачи военной контрразведки, вытекающие из складывающейся обстановки. В пункте втором проекта предусматривалось, в частности, обязанность начальников особых отделов своевременно информировать командование обо всех имеющихся материалах на командно-начальствующий и рядовой состав, а также о выявленных недостатках.  
  По неизвестным причинам предполагавшееся постановление ГКО не состоялось, однако разработанный план лег в основу тех радикальных решений, которые были приняты уже весной 1943 г.  
  Победа в Сталинградской битве вселила в войска, прежде всего в командный состав, уверенность в возможности наращивания наступательных действий. Оснований к этому виделось вполне достаточно. Однако, реальность оказалась иной. Харьковская наступательная операция, предпринята в феврале 1943г. Воронежским фронтом и 6-й армией Юго-Западного фронта, развивалась успешно. Сломив сопротивление противника, советские войска освободили Курск, Белгород, а затем и Харьков. Но фронтовое командование допустило ошибки в оценке обстановки. Ставка ВГК, не обладая полными данными, не поправила решение командующих на продолжение наступления, темпы которого резко замедлились. Исчерпав свои возможности и не имея резервов, армии Воронежского фронта вынуждены были перейти к обороне, а затем вновь оставить Харьков, Белгород и другие населенные пункты. К 25 марта 1943 г. наши войска отошли на 100-150 км.  
  Ошибки, допущенные командованием фронтов, коренились в том числе и в недостатках работы разведывательных органов, в искаженной информации, поступавшей в Ставку ВГК о состоянии наступающих войск, способности их закрепить достигнутые успехи. Эти обстоятельства подтолкнули Верховного Главнокомандующего и других членов ГКО принять необходимые организационно-кадровые решения, направленные на исправление положения.  
  Документы однозначно свидетельствуют, что никаких предложений об изменении положения органов военной контрразведки до конца марта 1943 г. в адрес ГКО и от самих членов Государственного Комитета Обороны не поступало. Более того, не начальник Управления особых дел НКВД СССР, а первый заместитель наркома В.Н. Меркулов в конце марта собрал в Москве первое за период с начала Великой Отечественной войны совещание руководителей особых отделов фронтов и некоторых армий.  
  На совещании ставился вопрос об усилении деятельности военной контрразведки по решению основной задачи и укреплении ее связи в практической работе с территориальными органами госбезопасности и внутренних дел. С основным докладом выступил не комиссар госбезопасности 2 ранга В.С. Абакумов (что было бы логично), а его подчиненный  –  начальник Особого отдела Западного фронта Л.Ф. Цанава, бывший нарком госбезопасности Белорусской ССР, близкий соратник Меркулова и члена ГКО, наркома внутренних дел СССР Берия. Оратор почти не упомянул о такой функции военной контрразведки, как информирование командования о вскрываемых недостатках в войсках. Другие выступающие не просто обратили на это внимание, но и высказались за усиление значения информационной работы, однако, не нашли открытой поддержки руководства. Лишь отдельные замечания Акабумова могут свидетельствовать о его стремлении сохранить известный баланс между контрразведывательной и информационной работой.  
  Следует отметить, что в марте 1943г. за исключением нескольких первых дней Берия не был на приеме в кабинете Верховного Главнокомандующего И.В. Сталина. И лишь 31 марта мы видим его фамилию в списке. Характерно, что одновременно с ним по времени на совещании присутствовали члены ГКО В.М. Молотов, Г.М. Маленков, а также заместитель начальника Генштаба по организационным вопросам генерал-лейтенант Ф.Е. Боков, начальник Главного разведывательного управления генерал-лейтенант И.И. Ильичев, заместитель наркома обороны  –  начальник Главного политического управления РККА генерал-полковник А.С. Щербаков, первый заместитель наркома внутренних дел комиссар госбезопасности 1 ранга Меркулов и впервые приглашенный в кабинет главы государства начальник Управления особых дел НКВД СССР, комиссар госбезопасности Абакумов. Состав участников не оставляет сомнений, что обсуждались важные вопросы в области разведки, контрразведки и правоохранительной деятельности.  
  Во исполнение указаний Сталина, поддержанных другими членами ГКО, Меркулов уже 2 и 4 апреля 1943г. представил в ГКО различные варианты структурных преобразований, в которых не предполагалось выделение органов военной контрразведки из состава будущего НКГБ. Однако, председатель ГКО вернул документы на доработку с тем, чтобы предусматривалась передача системы особых отделов в НКО с подчинением лично ему как наркому. Новые проекты документов были представлены Сталину 14 апреля и в тот же день рассмотрены на заседании Политбюро ЦК ВКП(б).  
  Принятые решения были формализованы в виде постановления ЦК ВКП(б)  «Об организации народного комиссариата» и соответствующего Указа Президиума Верховного Совета СССР. Что касается Управления особых отделов СССР как одного из структурных подразделений наркомата внутренних дел, то достаточным было принятие постановления Совнаркома. Это документ за №415-138 сс был подписан председателем СНК СССР Сталиным через несколько дней  –  19 апреля 1943 г. В постановлении указывалось следующее:  «1.Управление особых отделов НКВД СССР изъять из ведения НКВД СССР и передать народному комиссариату обороны, реорганизовав его Главное управление контрразведки НКО  «Смерть шпионам…»  
  Далее в постановлении перечислялись задачи органов военной контрразведки. Текстуально и по приоритетности они несколько отличались от того, что было изложено в проекте постановления ГКО, разработанного в НКВД СССР 15 октября 1942 г. (о нем говорилось выше). Естественно, что борьба со шпионской, диверсионной, террористической и иной подрывной деятельностью иностранных разведок осталась на первом месте. Выявление и пресечение активности антисоветских элементов, изменнических намерений и действий, а также борьба с дезертирством и членовредительством остались в качестве задач. Исходя из личных указаний Верховного Главнокомандующего, некоторые задачи были детализированы фактически до уровня конкретных мероприятий, как то:  «принятие агентурно-оперативных и иных (через командование) мер к созданию на фронтах условий, исключающих возможность безнаказанного прохода агентуры противника через линию фронта, с тем, чтобы сделать линию фронта непроницаемой для шпионских и антисоветских элементов».  
  В такой постановке данный вопрос будет присутствовать практически во всех указаниях ГУКР НКО  «Смерш», фронтовых и армейских аппаратов по обеспечению безопасности войск в оборонительных операциях. Важно подчеркнуть, что в постановлениях СНК СССР изложен исчерпывающий перечень задач для органов военной контрразведки:  «Установить, что органы  «Смерш» освобождаются от проведения всякой другой работы, не связанной непосредственно с задачами». Вместе с тем, в постановлении зафиксирована возможность наркома обороны давать специальные задания аппаратам военной контрразведки.  
  В развитие юридического акта Совнаркома уже через два дня, 21 апреля 1943г., члены ГКО приняли постановление №3222  «Об утверждении положения о Главном управлении контрразведки НКО ( «Смерш») и его органах на местах». Само Положение утвердил лично Сталин. Принципиальным новшеством стало то, что начальник ГУКР НКО  «Смерш» становился  «заместителем народного комиссара обороны», подчинялся непосредственно наркому и  «выполнял только его распоряжения». Таким образом, Сталин становился основным обладателем информации, добываемой органами военной контрразведки.  
  Заинтересованность председателя ГКО в скорейшем проведении реорганизации военной контрразведки видна из документов, сохранившихся в архиве ФСБ России. Так, Сталин лично корректировал  «Положение о ГУКР НКО  «Смерш», рассматривал проекты штатов Главного управления и подчиненных ему органов фронтового, военно-окружного и армейского звена, причем в ряде случаев изменял штатное расписание в сторону увеличения численности сотрудников. Все это относилось и к системе школ и курсов по подготовке личного состава.  
  Сталин согласился со всеми предложениями вновь назначенного начальника ГУКР НКО  «Смерш» Абакумова. Эти предложения касались как построения структуры военной контрразведки (включая и сам Главк), так и сосредоточения в едином центре ряда направлений оперативной работы. В частности, нарком обороны утвердил создание аппарата помощников начальника ГУКР НКО  «Смерш», каждый из которых курировал 2-3 фронтовых аппарата. Сделано это было по образцу Генерального штаба РККА, где уже функционировали аналогичные структуры в виде соответствующих направлений. Помощники начальника Главка с подчиненными им группами опытным оперативных работников являлись контрольно-инспекторскими и аналитическими аппаратами, призванными обеспечить главу ГУКР НКО  «Смерш», а через него членов  –  ГКО, начальника Генерального штаба, других руководителей наркома обороны и командующих родами войск информацией по вопросам, отнесенным к компетенции военной контрразведки.  
  Кроме аппарата помощников начальника Главка в ГУКР НКО  «Смерш» создавались функциональные отделы. Так, во исполнение личного указания Сталина, был организован отдел, отвечающий за проведение радиоигр с разведцентрами противника. В этот отдел передавались все те сотрудники НКГБ СССР, кто ранее вел такого рода работу. Таким образом, с апреля 1943 г. все радиоигры проводились только органами военной контрразведки. Исключение составила лишь трехэтапная операция  «Монастырь –  «Курьеры» – Березино», которая длительное время велась 4-м Управлением НКГБ СССР. Проявлением усиления наступательности в действиях военной контрразведки явилось создание 4-го (позднее 3-го) отдела. Согласно текста Положения о ГУКР НКО  «Смерш», этому отделу поручалась  «контрразведывательная работа на стороне противника в целях выявления каналов проникновения агентуры противника в части и учреждения Красной армии».  
  Следует отметить и тот факт, что практически одновременно с реорганизацией органов внутренних дел и госбезопасности, а также органов военной контрразведки, на основании приказа наркома обороны №0071 от 19 апреля 1943 г. была трансформирована и система военной разведки. Из состава Главного разведывательного управления Красной армии выделялось Разведывательное управление Генерального штаба КА.  
  На данное управление возлагалось руководство войсковой агентурной разведкой и армий, а также дезинформация противника относительно замыслов и планов командования. При начальнике Генштаба указанным выше приказом создавалась группа командиров во главе с генерал-полковником Ф.И. Голиковым с задачей обобщения и анализа всех данных о противнике, поступающих от всех органов разведки партизанских штабов и от Главного управления контрразведки  «Смерш». В свою очередь Главку поручалось усилить работу по обеспечению безопасных условий функционирования военной разведки, систематически информировать РУ ГШ КА о причинах провалов его агентов, фактах внедрения противником своих источников в агентурную сеть нашей разведки и т.д.  
  ГУКР НКО  «Смерш» наладило и деловое взаимодействие с Главным управлением наркомата внутренних дел по охране тыла действующей армии, созданным на основании приказа НКВД СССР №00792 от 4 мая 1943 г.  
  После подготовки и утверждения организационно-кадровых документов председатель ГКО Сталин поручил Абакумову принять действенные меры по активизации агентурно-оперативной работы и ликвидации выявившихся в ходе войны недостатков в деятельности следственных подразделений. На основании полученных указаний ГУКР НКО  «Смерш» издало необходимые директивы для подчиненных органов, а позднее направило на места инспекционные группы для проверки реализации полученных из Москвы установок.  
  В апреле 1943 г. от НКГБ СССР в ГУКР НКО  «Смерш» было передано контрразведывательное обеспечение штабов партизанского движения, включая и Центральный, а также партизанских отрядов и соединений.  
  Здесь следует отметить, что через несколько месяцев после указанного выше решения, на основании информации Главного управления военной контрразведки о серьезных недостатках в некоторых штабах, руководство страны посчитало излишним дислоцирование в Москве республиканских штабов партизанского движения, а в середине января 1944г. ГКО постановил ликвидировать Центральный штаб. Здесь также не обошлось без информации ГУКР НКО  «Смерш».  
  В положение о ГУКР НКО  «Смерш», как уже отмечалось, содержалось указание на то, что Главк и его подчиненные органы выполняют, помимо своих прямых обязанностей, конкретные поручения наркома обороны. На протяжении 1943-1945 гг. Сталин не раз использовал свое право. Так, в феврале 1944 г. военные контрразведчики проверяли информацию о серьезных недостатках в комплектовании гвардейских частей и по результатам проверки доложили председателю ГКО. В первой половине 1944 г. ГУКР НКО  «Смерш», основываясь на решении ГКО о дополнительном изыскании людских ресурсов для фронта, провел негласную проверку в Приволжском военном округе. На основе полученных данных туда была направлена специальная комиссия НКО, подтвердившая содержание сверх штата более 2000 человек, годных к службе в боевых частях. На основании данных, изложенных в докладной записке в ГКО о грубых нарушениях руководством Главупроформа приказов наркома обороны и ряда решений Государственного Комитета обороны, была назначена комиссия ЦК ВКП(б) с участием сотрудников ГУКР НКО  «Смерш», подтвердившая все приведенные чекистами факты. По итогам работы комиссии начальник Главупроформа, его первый заместитель и более десяти ответственных исполнительный лишились своих должностей.  
  Ряд комиссий ГКО выезжали на фронты для перепроверки доложенной контрразведчиками информации о недостатках в деятельности высшего командного состава фронтового или армейского звена. К примеру, на Калининском фронте в мае 1943 г. работала комиссия ГКО во главе с генерал-полковником А.С. Щербаковым. Основанием для поездки явились данные ГУКР НКО  «Смерш» о неудовлетворительном состоянии тыла фронта, изъянах в снабжении войск. В выводах комиссии нашли свое подтверждение большинство данных, полученных от военных контрразведчиков. В постановлении ГКО, принятом по докладу председателя комиссии, командующий фронтом генерал-полковник Н.А. Пуркаев был освобожден от занимаемой должности, начальник тыла фронта отдан под суд военного трибунала.  
  Еще одна комиссия ГКО разбиралась весной 1944 г. с ситуацией на Западном фронте. Дважды, 14 и 29 февраля 1944 г., начальник ГУКР  «Смерш» Абакумов докладывал председателю ГКО Сталину об обстановке на Западном фронте и, в частности, о  «необеспеченности руководства боевыми операциями и издевательствах над командирами со стороны командующего 33-й армией генерал-полковника В. Гордова».  
  Изложенные в докладной записке сведения наложились на ранее имевшиеся у Сталина свидетельства о серьезных ошибках в деятельности Гордова, за что последний был снят в 1942 г. с должности командующего Сталинградским фронтом. Тогда, как и позднее, Гордов проявлял личное мужество, но как военачальник не отличался обдуманными решениями. Имелись претензии и к командующему Западным фронтом генералу армии В.Д. Соколовскому. Он в этот период не обеспечил решение поставленных перед фронтом задач: в ходе предпринятого наступления удалось продвинуться лишь на один-полтора километра, потеряв при этом убитыми 5858 и ранеными 17478 человек.  
  Об этом и многом другом, что происходило на Западном фронте, Абакумов доложил в ГКО в конце марта 1944 г. Для проверки приведенных начальником ГУКР  «Смерш» данных приказом Ставки ВГК была создана специальная комиссия в составе: Г.М. Маленкова (член ГКО), начальника Главного политуправления КА генерал-полковника А.С. Щербакова, начальника Оперативного управления Генштаба генерал-полковника С.М. Штеменко и начальников Главного разведывательного управления КА И.И. Ильичева и Разведупра Генштаба генерал-полковника Ф.Ф. Кузнецова. Результаты работы комиссии подтвердили то, что ранее сообщал в ГКО ГУКР  «Смерш».  
  Выяснилось, что для получения дополнительных войск, боеприпасов и т.д. командование фронта принудило начальника разведотдела увеличить в докладных записках количество немецких дивизий перед линией Западного фронта на пятнадцать. Только за февраль 1944 г. Западный фронт израсходовал 1300 вагонов боеприпасов и не имел желаемого результата (для сравнения: 2-й Украинский фронт израсходовал 370, а 1-й Украинский  –  566 вагонов, выполнив поставленные задачи). При этом Западный фронт понес значительные потери. Общее количество потерь указывалось выше, но следует отметить, что свыше 50% составили потери 33-й армии генерала Гордова.  
  Своим постановлением №5606 от 12 апреля 1944 г. ГКО одобрил доклад комиссии и на этой основе Ставка ВГК издала свой приказ №220076 от 12 апреля 1944, в соответствии с которым Соколовский был снят с должности командующего фронтом, а другие генералы, включая и Гордова, строго предупреждены.  
  По указанию ГКО и Ставки ВГК оперативные группы ГУКР НКО  «Смерш», возглавляемые помощниками начальника Главка, по нескольку раз выезжали на те участки советско-германского фронта, где намечались крупные операции. Эти группы обеспечивали координацию усилий аппаратов контрразведки ряда фронтов, оказывали им действенную практическую помощь, обеспечивали поступление в Москву более точной и всесторонней информации. Так, по итогам работы оперативных групп ГУКР НКО  «Смерш» перед началом Белорусской стратегической наступательной операции в ГКО была представлена информация об активизации немецкой агентурной разведки именно в предполагаемой полосе действий 1-го, 2-го и 3-го Белорусских фронтов, что могло свидетельствовать о наличии у противника неких сведений о подготовке наступления советских войск.  
  Копия данного сообщения адресовалась и начальнику Генерального штаба для учета при выработке конкретных директив фронтовому командованию.  
  ГУКР НКО  «Смерш» постоянно наращивало поток информации в ГКО. Архивные документы, сохранившиеся в ЦА ФСБ России, показывают, что в зависимости от существа информации, копии докладных записок направлялись (в ряде случаях по личному указанию И.В. Сталина) в адрес заместителя председателя ГКО В.М. Молотова, членов ГКО  –  Л.П. Берия, Г.М. Маленкова, А.И. Микояна, а также начальнику Генерального штаба, руководителям Главного политического управления РККА, начальнику ГРУ ГШ, командующим родами войск. На основе докладных записок и спецсообщений принимались постановления ГКО, издавались приказы наркома обороны и его заместителей, директивы и указания начальника Генерального штаба и т.д.  
  За период с 19 апреля 1943 г. (т.е. со дня образования ГУКР НКО  «Смерш») и до 13 мая 1945 г. только членам ГКО было направлено 727 докладных записок.  
  Анализ этих документов позволяет определить их направленность. Так, наибольшее количество докладов относилось к отчетам о проделанной работе по основным контрразведывательным направлениям (разоблачению агентуры противника, внедрению в его разведывательно-диверсионные органы, проведению и итогам радиоигр, оперативной работе по иностранным военным формированиям в СССР, задержанию разыскивавшихся нацистских преступников и т.д.). Такого рода информация составляла более 60% докладных записок. Еще около 30%  –  относилось к недостаткам в боевой готовности войск, фактам очковтирательства со стороны командующих фронтами и армиями, грубым нарушениям ими правил скрытого управления войсками, расследованию крупных чрезвычайных происшествий, сопряженных с гибелью большого количества личного состава и материальных средств и т.д.  
  Из изложенного видно, что система органов военной контрразведки СССР как накануне, так и в ходе войны претерпела серьезные изменения, которые не могли не сказаться на эффективности ее функционирования. Причем, и это следует отметить особо, передача армейской и флотской контрразведки в состав наркомата обороны не дала положительного эффекта  –  не хватило времени на ее успешное завершение. Первый месяц войны показал необходимость концентрации всех структур, обеспечивающих государственную и общественную безопасность. На переломном этапе войны руководством страны было принято абсолютно оправданное решение о включении военной контрразведки в структуру военного ведомства. Однако, при этом нельзя забывать, что сам Наркомат обороны СССР возглавлял Верховный Главнокомандующий и председатель Государственного Комитета Обороны Сталин, которому и был непосредственно подчинен начальник Главного управления контрразведки  «Смерш» Абакумов. Это позволяло военным чекистам напрямую информировать главу государства, как о деятельности по подавлению активности спецслужб противника, так и по вопросам состояния боеготовности войск, а также выполнять личные поручения Сталина по самым разнообразным вопросам. Независимый от других органов госбезопасности источник информации помогал Верховному Главнокомандующему, ГКО и Ставке ВГК в выработке взвешенных решений, в том числе и стратегического уровня.  
  Всю войну военные контрразведчики работали в тесном контакте со своими коллегами из НКГБ и НКВД, разведорганами РККА. При возникновении некоторых противоречий между спецслужбами, которые были неизбежны в сложнейшей обстановке войны, урегулированием конкретных проблем занимался ГКО, а именно И.В. Сталин и Л.П. Берия – заместитель председателя ГКО.

Опубликовано: История.РФ

0

14 апреля 43 года – создание НКГБ СССР

  от комментариев Комментарии к записи 14 апреля 43 года – создание НКГБ СССР отключены

Постановление ЦК ВКП(б)

“Об организации народного комиссариата государственной безопасности” 

14.04.1943

Сов. секретно

91 — Об организации Народного комиссариата государственной безопасности

Центральный Комитет ВКП(б) ПОСТАНОВЛЯЕТ:

1. Выделить из состава Народного Комиссариата Внутренних Дел СССР оперативно-чекистские управления и отделы и на базе их организовать Народный Комиссариат Государственной Безопасности СССР (НКГБ).

2. Возложить на Народный Комиссариат Государственной Безопасности СССР выполнение задач по обеспечению государственной безопасности СССР:

а) ведение разведывательной работы за границей;

б) борьбу с подрывной, шпионской, диверсионной, террористической деятельностью иностранных разведок внутри СССР (за исключением частей и учреждений Красной армии и Военно-Морского флота и войск НКВД);

в) борьбу со всякого рода антисоветскими элементами и проявлениями среди различных слоев населения СССР, в системе промышленности, транспорта, связи, сельского хозяйства и проч.;

г) охрану [руководителей] руководящих кадров партии и правительства.

3. Установить, что Народный Комиссариат Государственной Безопасности СССР освобождается от проведения всякой другой работы, не связанной непосредственно с задачами, перечисленными в пункте 2 настоящего постановления.

4. Утвердить структуру Народного Комиссариата Государственной безопасности СССР согласно приложению.

5. Народным Комиссаром государственной безопасности СССР назначить тов. Меркулова В.Н., освободив его от обязанностей первого заместителя Народного Комиссара внутренних дел СССР.

Первым заместителем Народного Комиссара государственной безопасности СССР назначить тов. КОБУЛОВА Б. З., освободив его от обязанностей заместителя Народного Комиссара внутренних дел СССР.

6. Организовать в союзных и автономных республиках народные комиссариаты государственной безопасности, а в краях и областях — управления Наркомата Государственной Безопасности.

Организацию республиканских, краевых, областных и районных органов Наркомата Государственной Безопасности произвести на основе выделения оперативно-чекистских управлений, отделов и отделений из существующих аппаратов Народного Комиссариата Внутренних Дел, построив их применительно к утвержденной настоящим постановлением структуре Наркомата Государственной Безопасности.

Народному Комиссару Внутренних Дел СССР тов. БЕРИЯ Л.П. и Народному Комиссару Государственной Безопасности СССР тов. МЕРКУЛОВУ В.Н. представить свои предложения о назначении руководящего состава по НКВД СССР и НКГБ СССР соответственно.

7. Организацию Народного Комиссариата Государственной Безопасности СССР закончить в месячный срок, представив в тот же срок на утверждение Совнаркома СССР положение о Народном Комиссариате Государственной Безопасности.

Протокол № 40.

0

Барклай-де-Толли

  от комментариев Комментарии к записи Барклай-де-Толли отключены

Назад

Князь Петр Михайлович Волконский, после заключения Тильзитского мира был направлен во Францию для изучения устройства французской армии и ее Генерального штаба, а по возвращении оттуда, в 1810 году, был назначен генерал-квартирмейстером Главного штаба русской армии.
Вернувшись из командировки, Волконский представил отчет «О внутреннем устройстве французской армии генерального штаба», которое повлияло на Барклай-де-Толли для быстрейшего создания русской разведки и контрразведки. Читать полностью

0

Бюро Биньона

  от комментариев Комментарии к записи Бюро Биньона отключены

Назад
20 декабря 1811 года Наполеон подписал инструкцию, на основании которой французский разведывательный орган в Варшаве – бюро Биньона, получило новое устройство.
Читать полностью

0

213

Специальное Бюро

Назад
Специальное Бюро (военная разведка) при Генеральном штабе французской империи было нацелено на Россию. Читать полностью

0

План Чуйкевича

  от комментариев Комментарии к записи План Чуйкевича отключены

2 апреля 1812 года, Чуйкевич, занимавшимся постоянным анализом разведдонесений, представил Барклаю Де Толли аналитическую записку с рекомендацией ведения стратегии уклонения от генеральных сражений и подрыва коммуникаций Наполеона на случай войны.
Читать полностью

0